— Сделаем, — отозвался начальник штаба. Но тут же вдогонку кинул вопрос: — Не много ему одному?

— Ну, это пока на одного, хотя и рядовой состав отделения можно поощрить самим, или тоже к чему-нибудь представить, — не согласился начальник. — Но дело Самойлова, оно же на имперском уровне расследуется. И кем мы были до того, как эту банду взяли? Мальчиками на побегушках: всю основную работу в городе сделали следаки и ИСБшники. Но по нападениям с напалмом ни у имперской службы безопасности, ни у следственного комитета никаких зацепок не было: не могли они на преступников выйти, не было зацепок. Хотя, — начальник Управления поднял вверх указательный палец правой руки и немного потряс им, — работали лучшие специалисты центрального аппарата. А наши сотрудники смогли. И чтобы никто не сомневался, что мы просто своими профессиональными тайнами делиться не хотим, мы его наградим, звание дадим и в академию направим.

— А в имперских делах такой важности, как только приговор вступает в силу, на участников сыплется дождь из премий и наград, — начал разъяснять подоплёку своих действий начальник УВД. — Вот раньше мы бы под этим дождём не оказались, а теперь, взяв эту банду — мы полноправные участники процесса. Так что и у нас в недалёком и вполне реальном будущем, заблестят новые звёздочки на погонах, зазвенят медали, или даже ордена. Ну, или премии придут от министра или государя-императора, да продлятся годы его благословенного правления.

Под улыбку начальника управления присутствующие вновь заулыбались, а некоторые, особо приближённые к руководителю, даже рассмеялись.

— А помимо этого, — завершил совещание полковник, — мы ещё кучу «висяков» попутно раскрыли, и тем самым статистика у нас резко улучшится: эта банда больше пяти лет нам цифры портила. И вот теперь попались, хоть и на явке с повинной. И подробности рассказывают такие, какие только совершившие эти преступления знать могут; и в суде они, даже если в отказ пойдут, не отвертятся. Так что мне пофиг, что там с ними делал Подчередниченко. Пытал он их — не пытал; результат есть: так-то, победителей не судят.

Закрытая зона за Уралом. Академия-2 (Орёл-42а).

Раскрыв небольшой плоский металлический ящик, Николай Артурович Гефт достал из него не толстый металлический обруч, серебрившийся матовой поверхностью. Кивнув сыну, он сказал: — Это «Устройство СОЛОВЕЙ» — «Система Обеспечения Локального Ограничения Взаимодействия Энергии и Индивидуума».

Артур вопросительно свёл брови и скептически прищурился, пытаясь понять наукообразное заковыристое словосочетание.