— Ну всё, — вдруг сказал он и посмотрел на меня, — иначе напьешься и уснешь, а я противник некрофилии.

Я удивленно подняла брови: — Интересное предупреждение. Ты всегда так прямолинейно выражаешься?

Он пожал плечами: — Только когда дело касается важных вещей. К тому же, я не хочу, чтобы этот вечер закончился не так, как мы оба планируем.

Я сделала последний глоток виски, чувствуя, как тепло разливается по телу: — А как мы оба планируем?

Его взгляд стал серьезным: — Я думаю, ты знаешь ответ. И ближайшие пять часов, я буду делать все, чтобы ты меня запомнила на всю жизнь, — сказав это, он двинулся ко мне, и тут всё моё самообладание рухнуло.

Я открыла глаза и несколько секунд просто лежала, пытаясь понять, где нахожусь. Вокруг было непривычно тихо, а мягкий свет, проникающий сквозь неплотно закрытые шторы, создавал причудливые узоры на полу.

Постепенно память начала возвращаться, и вместе с ней пришло осознание происходящего. Я медленно села, ощущая легкую головную боль, и только потом увидела записку на белоснежной подушке.

Пальцы дрожали, когда я разворачивала сложенный пополам лист дорогой бумаги.

“Очень хотел попрощаться с тобой, но не смог разбудить, моя прекрасная соня. Когда ты проснешься, я, скорее всего, буду уже в самолете. За это прости, что было так мало времени побыть вместе. Буду безумно скучать.”

Слова расплывались перед глазами, а сердце билось где-то в горле.

На тумбочке рядом с кроватью лежал телефон. Экран показывал полдень. Семь пропущенных от подруги, десяток сообщений в мессенджере – всё это могло подождать.

Я уронила записку на постель и закрыла лицо руками. События прошлой ночи нахлынули волной: его голос, прикосновения, поцелуи...

В ванной комнате я нашла следы своего вчерашнего хаоса: полупустая бутылка виски, разрозненные предметы гардероба, и зеркало, в котором отражалась женщина с растрёпанными волосами и растерянным взглядом.

Опустившись на край ванны, я закрыла глаза, пытаясь собрать воедино осколки вчерашнего вечера. Он обещал, что следующие пять часов я запомню на всю жизнь. И он не солгал.

Но почему? Почему он просто не разбудил меня? Почему оставил эту записку, словно какую-то дешевую отговорку?

Нет, я не злюсь. Знала на что шла, знала что уедет, что это всего лишь одна ночь.

Жалею ли я?

Снова посмотрела в зеркало, где увидела свое до ушей улыбающееся лицо.

Ни капли.

Телефон снова зазвонил. И я помчалась к нему, не обращая на болезненый гул в голове.

Я хоть и написала подруге не волноваться, что я следую ее совету, но она видимо все же сходила с ума. Раз столько раз звонила и писала.