Альмод пожал плечами — у тебя своя голова есть, сам и соображай, как к преподобной подкатить.

— А сам не хочешь? — продолжал Ивар. — Мы бы и тебе приглядели что интересное… скажем, за двадцатую часть добычи.

— Мне и так хватает.

— Особенно сейчас, — хмыкнул Ивар — Такой целитель, как ты, мог бы в столице благородных пользовать.

— Мне и так хватает, — повторил Альмод.

Ивар понимающе улыбнулся.

— Поединок?

Альмод рассмеялся.

— Догадливый.

Лучший способ солгать — сказать часть правды. В конце концов, в столицу ему действительно путь заказан после того как… ну да, можно называть это поединком. Когда его, измотанного тремя переходами за день, пришли убивать четверо. Впрочем, нет, не четверо. Два пацана оказались лучше, чем он подумал вначале. Потому и жив остался.

— И кого, если не секрет? — полюбопытствовал Ивар.

— Да какая разница. Можно подумать, ты только от двора, все громкие скандалы помнишь.

— Куда уж мне. Тринадцать лет в Приграничье, про ту столицу только слыхал.

Врет? Похоже, что нет. Человека, привыкшего сражаться, видно — выдают осанка, манера двигаться. Ивар выглядел человеком, который и в самом деле многое повидал.

— И как оно?

— Да как последние сто лет: то мы бьем, то нас бьют. Оно бы и ничего, да что-то уставать начал. Вон, племяш перстень получил. — Он потрепал Эйнара по макушке. — Брату я здорово обязан остался, так что… Надо помочь. Ну и я подумал, что пора бы остепениться уже. Парня к делу пристрою, осяду где-нибудь… Как тут с женщинами, кстати?

— Одаренных нет, — пожал плечами Альмод. — Так что готовься раскошелиться.

Так уж повелось издревле — после проведенной ночи оставлять пустым серебро. Только пустая могла понести от одаренного. Поэтому и одаривали монетой — на случай, если мимолетная забава и в самом деле не останется без последствий. Девки липли, конечно, и не только ради серебряка, а то и золотого. Если ребенок унаследует дар, университет заплатит за него столько, что полжизни можно безбедно прожить.

— Глядишь, и сойдусь с кем, — задумчиво произнес Ивар. — Пора бы уже о детях думать.

— С трактирной девкой? — хмыкнул Альмод. — Остальные или с мужем приехали, или не подросли еще.

— Там видно будет. Все равно пооглядеться нужно, прежде чем что-то решать.

— Разве в этом году подземников не искали ни корона, ни благородные? — спросил Альмод. — Стоило в такую глушь забираться?

Эйнар торопливо дожевал, прежде чем ответить.

— Искали, конечно. Но я подумал, что так и этак загонят в редкую дыру. Так зачем мотаться в глушь за жалование, когда можно точно так же мотаться в глушь, но уже для себя? Если попадется что-то по-настоящему интересное, выгоднее предложить свои условия.