Бесполезно.
Среди этого хаоса, где сотня перепуганных людей с судорожно зажатыми пожитками пытаются втиснуться в небольшие автобусы, она выделяется ярче, чем вспышка в ночи. В её глазах — расчёт. Она отслеживает каждое движение моих головорезов, загружающихся в отдельный транспорт, оценивает технику, вглядывается в даль за ограждением, где уже начинает сгущаться тёмная масса голодных тварей.
Умная. Настороженная. И чертовски красивая в своей защитной стойке.
В груди проворачивается что-то жгучее. Это не просто инстинкт собственника и не сухой набор живых ресурсов. Меня тянет к ней с какой-то дикой, необъяснимой силой. Я хочу вжать её в себя, почувствовать, как её пульс бьётся о мои губы, и заставить её подчиниться — полностью, без остатка.
И я получу её.
Запрыгиваю в кабину своего пикапа и завожу двигатель. Тяжёлый гул мотора отзывается вибрацией в руле.
Ситуация начинает разворачиваться именно так, как мне нужно.
Первый автобус с моими парнями и второй, забитый людьми под самую завязку, отбывают, поднимая снежную пыль. Вика дёргается — пора садиться. Она встает в конец очереди к последнему автобусу. Очередь двигается медленно. Перед ней всего пара человек, но мужик прямо перед её носом с трудом втискивается на подножку и останавливается в самых дверях.
Водитель что-то орёт ей и показывает рукой вперёд — мол, дуй на другой транспорт.
Вика оборачивается. Её лицо бледнеет, когда она видит, как тот, второй автобус, уже отчаливает. Наблюдаю за каждым оттенком эмоций на её лице через лобовое стекло, смакуя момент. Меня штормит не от её испуга — хрен там. Меня пьянит сама она: эти распахнутые глаза, взметнувшиеся брови, сжатые в тонкую линию губы. Она живая. Чертовски живая среди этого сборища ходячих трупов и выживших недоумков.
Последний автобус также захлопывает двери. Вика срывается с места. Бежит за автобусом, что-то крича вдогонку, но машина лишь набирает ход. В этот момент двое моих ребят распахивают ворота настежь и дают дёру в сторону моего пикапа. За периметром — уже сплошной ковёр из зараженных, но оба автобуса на скорости пробивают эту массу и уходят на трассу.
Девушка метается по площадке, как запертый в клетке зверёк. На лице — чистый хаос и страх.
Подаю короткий сигнал, подъезжая прямо к ней, но не останавливаясь. Зажимаю кнопку и опускаю пассажирское стекло.
— Прыгай в салон! Живо! — отрубаю, перекрывая гул мотора.
В эту же секунду сзади слышится грохот — мои парни на ходу ныряют в открытый кузов пикапа. Твари уже несутся к нам. У неё ровно одна секунда на решение. Или она остаётся на съедение, или отдаёт свою жизнь в мои руки.