Он подарил ей флакон духов и книжку.

У сестер Кеттл была аллергия на духи, но она храбро обрызгала ими запястье и немедленно чихнула одиннадцать раз подряд, объясняя в перерывах: «Аллергия! Это! Наверное! От пыльцы!»

Закончив наконец чихать, она раскрыла книжку. «Как я хотела ее прочитать!» – сказала она почти правду, потому что несколько месяцев назад, до того, как она ее купила, она и правда очень хотела ее прочитать.

– Вообще-то… – сказал Чарли, теребя себя за мочку: верный признак того, что он волнуется или стесняется; она уже знала эту его привычку и уже очень любила эту его привычку, – я об этом не знал. Я ее и купил только потому, что девушка на обложке мне показалась похожей на тебя. Почему? Не знаю…

Девушка на обложке походила на капризную принцессу, и в выражении ее лица Джемма и сама находила что-то похожее на себя. Это была картинка всего самого лучшего в ней. Такой она могла быть на каком-нибудь тропическом острове в прекрасный денек – в легком платье и, может быть, в соломенной шляпке. В этот день она не чихала, не перебирала со спиртным, никто не обижался, никто никуда не торопился, все смеялись шуткам друг друга. День, о котором Джемма вспоминала бы только хорошее. День, в котором все было смешно и интересно, – именно так, как и должно быть.

Ей было очень приятно, что Чарли узнал в ней это хорошее.

Разве не было правила, которое бы гласило, что за такого мужчину нужно выходить замуж – и как можно скорее?

Она сошла в купальнике вниз и увидела Мэдди; та, все еще голенькая и в нарукавниках, изо всех сил колотила по ксилофону. Она сидела на диване рядом с бабушкой, которая плескала голыми ногами в ведре с водой.

– Как хорошо, Джемма! – сказала бабуля. – Я тут вот что подумала. Если я окочурюсь в такую жарищу, сделай так, чтобы меня не хоронили в следующую среду. В клубе в этот день разыгрывают лотерею и все делают ставки. Передай – пусть меня хоронят в четверг!

– Да ты не умрешь!

Бабушка ответила чуть ли не обиженно:

– Все-то она знает!

– Пошли, поплаваешь со мной и Мэдди!

– Спасибо, я не хочу плавать.

Мэдди отбросила ксилофон, обняла ногу Джеммы и повторила: «Плавать!» Ну хоть кто-то был в хорошем настроении.

Бассейн у Лин и Майкла был грандиозный; из изогнутой раковины бирюзового цвета открывались захватывающие дух виды, как будто это был не бассейн, а залив.

– Джем, смотри! – скомандовала Мэдди. Она нагнулась и вытянула ручки – точно как взрослый перед прыжком, – и ее головка оказалась строго между ними, прыгнула в бассейн и упала прямо на живот. Нарукавники надежно держали ее на поверхности.