– Завтра, Кэт, тебе точно не стоит идти на работу, – сказала Максин. – Не смеши. Тебе нужен отдых. Дэн позвонит на работу и все объяснит. Да, Дэн?

Дэн как раз жевал булочку.

– Угу, – промычал он, прикрывая рот рукой. – Да, конечно.

Вчера вечером он был очень нежен, очень жалел ее, как будто она сильно заболела или повредила себе что-нибудь. Он превосходно изображал понимающего, надежного супруга – такого заботливого, такого милого! Но играл он, что называется, мимо. Кэт хотела, чтобы он был зол, чтобы в нем молчал разум. Ей хотелось, чтобы он засыпал врача назойливыми вопросами: «Подождите-подождите, это же наш ребенок? Как такое могло случиться?» Но нет… Он по-мужски сдержанно кивал, слушая врача. Двое трезво мыслящих мужчин спокойно обсуждали печальное, но, в общем, рядовое событие.

– Кэт, если ты не против, я вас ненадолго оставлю? – Дэн поднялся и поставил кружку в раковину.

– Ладно, иди, – ответила Кэт, глядя в тарелку.

– Ты куда? – спросила Джемма.

– Да так, выйду ненадолго, – ответил Дэн и поцеловал Кэт в макушку. – Ты как, детка?

– Я в порядке. В полном порядке.

Для Джеммы было несколько необычно интересоваться, куда идет Дэн. Кэт взглянула на сестру, которая сидела на стуле, закинув ногу на ногу, и накручивала на палец длинную прядь волос. Она что-то знала? Что-то выудила у слесаря о том злополучном приключении? И не все ли равно было Кэт? Сейчас это казалось таким по-детски несерьезным. Какое теперь это имело значение? Что вообще имело значение перед лицом такого события?

– Джемма… – начала она.

– А? – Джемма чуть не выронила булочку, очнувшись от каких-то собственных мыслей. Она взяла пакет молока, с надеждой посмотрела на сестру и спросила: – Молочка?

– Забудь, что я сказала на Рождество. Ты знаешь, о ком я, – о Чарли. Я не должна была ничего такого говорить, но я была тогда не в настроении.

Вот. Теперь она искупила свое желание пнуть ее.

– А-а-а… Хорошо… Все в порядке… Я хочу сказать – кто знает… Понимаешь, у меня сейчас все отношения такие – несколько месяцев, и все, до свидания. Так что, скорее всего, мы расстанемся, но пока все очень хорошо, так что если ты…

– Джемма!

– Что?

– Заткнись и перестань мямлить.

– Извини.

Джемма замолчала на полуслове, взяла свою чашку и громко хлюпнула.

– Извини, – повторила она.

М-да… Кэт глубоко вздохнула. Она снова начала злиться. Все равно, похоже, хорошая мать из нее не выйдет. А вот колючая, злая, противная – это вполне возможно.

– Бабушка тебе звонила? – спросила Лин.

– Да. – Кэт приходилось прилагать огромные усилия, чтобы говорить как нормальный человек. – Она мне сказала, что природа лучше нас все знает.