— Деньги с небес не падают, — возразил я. — Никто просто так в бедные гильдии миллионы не вливает. Кому именно выгодна наша победа во втором этапе?

Пичугин даже не моргнул, он продолжал улыбаться.

— Вы ищете скрытые смыслы там, где их нет, Артур Викторович, — мягко ответил он, обтекая мои прямые вопросы с грацией опытного корпоративного переговорщика. — Наш Партнёр следит за региональными лигами. Он видит ваш потенциал. Видит вашу нестандартную тактику и прекрасную работу с тандемами. Это инвестиция в перспективу. Не более того.

— Я вырос на этих аренах, — холодно парировал я. — Инвестиции в перспективу требуют процентов. Так каков ваш процент?

— Никакого, — Пичугин встал из-за стола, поправляя пиджак. Он достал из кармана визитную карточку, положил её на стол.

Я всмотрелся в белый прямоугольник, на котором поблёскивал серебристым тиснением телефонный номер, ни имени хозяина, ни должности.

— Проходите второй этап. Забираете бонус, — Пичугин подвинул визитку к распечатанному конверту. — И затем мы с вами обсудим долгосрочное сотрудничество.

Он направился к выходу, но у самых дверей на секунду остановился.

— Не нужно во всём искать врагов или пытаться разглядеть подвох, — широко улыбнулся представитель таинственного партнёра. — В этом бизнесе ещё остались люди, которые искренне желают вам добра. Всего хорошего.

Дверь за ним закрылась.

Кира вновь уставилась на лист с суммой вознаграждения, её пальцы слегка дрожали. Я же сидел неподвижно, глядя на белоснежную визитку Пичугина.

Мой мозг, отравленный сорока годами выживания в мясорубках арен, отказывался принимать эту красивую ложь. За свою долгую, еще не наступившую жизнь я видел всякое.

Мне платили миллионы за победы. Мне предлагали состояния за договорные поражения. Мне заносили чемоданы с наличностью за сломанные лапы чужих зверей и за моё собственное молчание на пресс-конференциях. Я знал расценки на кровь, пот и предательство.

Но за «добро» в мире арен не платил никто. И никогда.

Я медленно сжал челюсти. Подвох был. Жестокий, расчетливый капкан уже захлопнулся вокруг «Огненных львов». Просто он был спрятан так глубоко, что я пока не мог нащупать его механизм. И это пугало меня гораздо больше, чем прямые угрозы корпоративных мясников.

Не успели шаги Пичугина затихнуть в коридоре, а Кира с облегчением откинулась на спинку кресла. Напряжённая маска на лице моментально растаяла, уступая место торжествующей улыбке.

Она повернула ко мне лист с суммой вознаграждения, посмотрела на меня сияющими глазами.

— Артур, посмотри ещё раз. Разве это не чудо? Что ты теперь на это скажешь? — радостно произнесла Кира.