Что-то болезненно похожее на смех дрогнуло в ней и тут же погасло. Слишком неподходящая ночь для смеха.

Они спустились из башни уже молча. Камень под ногами будто стал тяжелее, а воздух в коридорах крепости — гуще. Ясне всё время чудилось, что на них смотрят из-за каждой арки, из каждого чёрного провала между факелами. Но по пути им никто не встретился, только два дозорных у перекрёстка вытянулись при виде маршала и тут же уставились в стену, будто и так уже поняли, что задавать вопросы сегодня опасно.

У покоев Эйры дежурили те же женщины внутренней стражи. Одна из них при виде Рагнара шагнула вперёд.

— Она приходила в себя, маршал. Снова.

Ясна почувствовала, как всё внутри собралоcь в один тугой узел.

— Сейчас? — спросила она.

— Недавно. Потом ослабела. Но уже не бредит так, как раньше.

— Мне надо к ней.

Рагнар кивнул стражницам:

— Никого не пускать. Даже если придёт старейшина.

Он сказал это негромко, но так, что женщины побледнели и ударили кулаками в грудь почти одновременно.

В комнате было тихо, тепло и душно от лекарских настоев. На низком столике дымилась чаша с горячей водой. Намира дремала у стены, вздрогнула при их появлении и поспешно поднялась.

Эйра не спала.

Глаза у неё были мутные от боли и усталости, но уже не блуждали без смысла. Увидев Ясну, она чуть повернула голову. Губы её всё ещё были воспалены, голос обещал сорваться от одного лишнего слова.

— Воды, — попросила невеста едва слышно.

Ясна сама поднесла чашу к её губам и дала сделать два коротких глотка.

— Медленно. Больше пока нельзя.

Эйра прикрыла глаза, пережидая боль в горле, а потом прошептала:

— Он ещё здесь?

— Кто? — спросила Ясна.

Невеста с трудом перевела взгляд на Рагнара.

— Маршал.

— Здесь, — ответил он сам.

Эйра смотрела на него несколько ударов сердца. Потом очень слабо качнула головой.

— Тогда я скажу при нём. Чтобы больше не пришлось.

Ясна обменялась с Рагнаром коротким взглядом и села на край скамьи у постели.

— Говори только то, что можешь. Не рви горло.

Эйра горько усмехнулась уголком рта — страшная усмешка на обожжённых губах.

— У меня не осталось сил на красивое молчание.

Она закрыла глаза на мгновение, собираясь, и Ясна вдруг поняла: перед ней не просто испуганная невеста, не просто дочь клана, едва выжившая после покушения. Перед ней женщина, которую всю эту ночь толкали туда, куда она идти не хотела, и которая теперь выбрала хотя бы одно — правду.

— Я не хотела этого брака, — прошептала Эйра.

Рагнар не шевельнулся. Только плечи его едва заметно стали жёстче.

— Я догадывалась, — тихо сказала Ясна.