— Так и поступлю, — пообещал я.

Виталик решил, что нам надо выдвигаться. Для того, чтобы попасть на основной тракт, нам пришлось снова обогнуть сгоревший главный дом усадьбы, и это зрелище повторно не доставило мне никакого удовольствия. Я, конечно, понимаю, что у крепостных накипело и все такое, но зачем до крайностей-то доводить?

Ворота на дороге в поместье тоже пострадали, хотя и непонятно, чем и кому они могли помешать. Одна створка висела только на нижней петле и перекосилась, вторая и вовсе валялась в траве в нескольких метрах от дороги. Еще один акт бессмысленного вандализма.

— Чу, — сказал Виталик. — Замри. Я что-то слышу.

Теперь, когда он об этом сказал, я тоже услышал. Это был стук копыт. Каждый, кто хоть раз смотрел вестерны, ни с чем этот звук не перепутает.

Дорога петляла по лесу, так что самих всадников мы еще не видели, и, наверное, у нас было время, чтобы убраться с дороги и затеряться в высокой траве, но Виталик рассудил, что подобная манера поведения недостойна боевого президента и просто поудобнее перехватил дробовик, готовясь к первому контакту с местными. Ну, в смысле, с местными на их территории, у нас-то с ними мы уже контактировали.

Деревья, как и стены, не мешали моему особенному зрению, так что я переключился на него и узрел… Один из приближающихся был носителем силы, это я умел распознавать сразу. Обладателем великого дара он не был, и мне сложно было сказать, что у него за таланты, но что-то он определенно мог.

Второй же всадник и вовсе не был человеком.

Ничего подобного я в своей прошлой жизни не видел.

Когда я врубаю свой особый взор, являющийся побочным эффектом моего ультимативного скилла, я вижу всякую недоступную обычному человеческому взору фигню. Как я уже говорил, сквозь стены, деревья и прочие препятствия, и на расстояния, на которых и самый мощный бинокль не справится.

Обычные люди предстают перед моим взглядом в виде пустых, грубо очерченных силуэтов. Носители силы — тоже в виде силуэтов, но подсвеченных изнутри, и по интенсивности этого внутреннего света я могу примерно определить степень одаренности того или иного индивидуума. Но этот тип… у него не было силуэта, только свет, и свет довольно яркий, хотя и непостоянный.

Это было как огонь костра в ночи. У пламени нет формы. Оно может колебаться на ветру, выстреливать языками в высоту, опадать, исчезать в тлеющих углях, чтобы возродиться очередным всполохом…

Я не успел сообщить об этом Виталику, когда наездники появились из-за последнего поворота и мы с Виталиком получили возможность их рассмотреть.