Разумеется, причиной недомогания были крохотные пулевые ранения, и теперь Хикки заставлял Гудсира ежедневно обрабатывать их. Врач утверждал, что раны поверхностные и никаких воспалительных процессов в них не происходит. Он показал и Хикки, и простодушному Магнусу, который задрал рубаху и с тревогой вглядывался в свой живот, что мышечные ткани в области желудка у него по-прежнему розовые и здоровые.
– Тогда откуда боль? – настойчиво спросил Хикки.
– Это обычное дело при любом ушибе – особенно при сильном ушибе мышц, – ответил врач. – Место ушиба может болеть несколько недель. Но это не опасно и уж тем более не представляет угрозы для жизни.
– Вы можете удалить шары? – спросил Хикки.
– Корнелиус, – прохныкал Магнус, – я не хочу, чтобы меня оскопили.
– Я имею в виду пули, милый, – сказал Хикки, потрепав великана по руке. – Маленькие пули, что засели у тебя в животе.
– Возможно, – сказал Гудсир. – Но лучше не пытаться. По крайней мере, пока мы на марше. В ходе операции потребуется разрезать мышечную ткань, которая уже почти зажила. Может статься, потом мистеру Мэнсону придется пролежать несколько дней… и всегда существует высокий риск сепсиса. Если мы все-таки решим удалить пули, мне было бы гораздо удобнее сделать это в лагере или на самом корабле. Чтобы после операции пациент мог провести в постели несколько дней или дольше.
– Я не хочу, чтобы у меня болел живот, – пророкотал Магнус.
– Ну конечно не хочешь, – сказал Хикки, гладя своего дружка по могучей груди и плечам. – Дай ему морфина, Гудсир.
Магнус всегда с удовольствием проглатывал свою ложку морфина, а потом с час сидел на носу полубаркаса с блаженной улыбкой, прежде чем засыпал.
Таким образом, в пятницу восьмого сентября в мире короля Хикки все было в полном порядке. Одиннадцать его упряжных животных – Морфин, Оррен, Браун, Данн, Гибсон, Бест, Джерри, Уорк, Сили и Стикленд – находились в добром здравии и прилежно тащили сани каждый день. Магнус бо́льшую часть времени был счастлив – ему нравилось сидеть на носу лодки, словно он офицер, и озирать местность, простиравшуюся позади них, – и в бутылках оставалось еще достаточно морфина и лауданума, чтобы продержаться до прибытия в лагерь или на сам корабль. Гудсир был жив, ковылял рядом с санями и ухаживал за королем и его супругой. Погода стояла хорошая – хотя постепенно холодало, – и ничто не указывало на близкое присутствие зверя, который охотился на них в предшествующие месяцы.
Хотя они не ограничивали себя в еде, у них оставалось достаточно провианта в виде останков Эйлмора и Томпсона, чтобы еще несколько дней питаться тушеным мясом, – они обнаружили, что человеческий жир представляет собой такое же топливо, как китовый, хотя горит не столь жарким огнем и сгорает быстрее, – и Хикки планировал тянуть жребий, если до прибытия в лагерь «Террор» понадобится принести в жертву еще кого-нибудь.