– Хорошо, – сказал Крозье. – Поди передай доктору Гудсиру, чтобы он явился ко мне, прихватив свою медицинскую сумку и одевшись потеплее. Я буду ждать вас двоих возле лодок.
Голдинг вывел четырех мужчин на лед (Крозье проигнорировал просьбу Дево прийти только с одним врачом и приказал боцману Джону Лейну и трюмному старшине Уильяму Годдарду отправиться с ними, вооружившись дробовиками), провел через скопление айсбергов и ледяных валунов, через три высокие торосные гряды и наконец через лес сераков, где обратный путь Голдинга в лагерь был отмечен не только его следами, но также воткнутыми в снег бамбуковыми палочками, которые они везли с прочим грузом от самого «Террора». Двумя днями раньше группа Дево взяла с собой изрядное количество таких вешек, чтобы отмечать путь и обозначать наиболее проходимые места среди нагромождений льда на случай, если они найдут открытую воду и впоследствии поведут к ней людей с лодками. Луна светила так ярко, что все предметы отбрасывали четкие тени. Даже тонкие бамбуковые палочки походили на стрелки лунных часов, отбрасывающие чернильно-черные штрихи теней на бело-голубой лед.
В течение первого часа тишину нарушали лишь тяжелое дыхание мужчин, скрип снега под башмаками да треск льда повсюду вокруг. Потом Крозье спросил:
– Ты уверен, что она мертва, Голдинг?
– Кто, сэр?
Раздраженный вздох капитана обратился облачком ледяных кристаллов, искрящимся в лунном свете.
– Сколько особей женского пола насчитывается в округе, черт возьми? Леди Безмолвная, разумеется.
– О да, сэр. – Парень хихикнул. – Она мертва, все в порядке. У нее сиськи оторваны напрочь.
Капитан бросил на него свирепый взгляд; они спустились с очередной низкой гряды и вступили в тень высокого айсберга, блистающего голубым светом.
– Но ты уверен, что это леди Безмолвная? Это не может быть другая аборигенка?
Казалось, вопрос озадачил Голдинга.
– Но разве здесь есть другие эскимоски, капитан?
Крозье потряс головой и знаком велел парню идти дальше.
Они достигли полыньи примерно через полтора часа после выступления из лагеря.
– С твоих слов я понял, что полынья находится дальше, – сказал Крозье.
– Я и досюда-то не доходил раньше, – сказал Голдинг. – Когда мистер Дево нашел чудовище, я охотился на тюленей вон там. – Он неопределенно махнул рукой, указывая назад и влево от отверстия в тонком льду, возле которого они сейчас стояли.
– Вы сказали, что кто-то из людей ранен? – спросил доктор Гудсир.
– Да, сэр. У Толстяка Алекса Уилсона все лицо было в крови.
– По-моему, ты говорил, что лицо было окровавлено у Джорджа Канна, – сказал Крозье.