Я рассмотрел следующие два судна.
– Они, похоже, длиннее тендеров, – заметил я.
– Так и есть, доктор. Тридцать футов длиной… как вельботы. Но они тяжелее, доктор. Даже тяжелее тендеров. Тащить ялы по льду на санях – дело очень трудное, уверяю вас. Мы и досюда-то еле-еле доволокли их. Вполне возможно, капитан Крозье предпочтет оставить ялы здесь.
– В таком случае не стоило ли просто оставить их у кораблей? – спросил я.
– Нет, – помотал головой Фицджеймс. – Нам необходимо выбрать такие судна, на которых у сотни человек больше шансов продержаться несколько недель или месяцев в открытом море или даже на реке. Вам известно, доктор, что эти лодки – все эти лодки – оснащаются по-разному для морского и речного плавания?
Теперь настала моя очередь помотать головой.
– Не важно, – сказал капитан Фицджеймс. – Мы подробно разберем различия между речной и морской оснасткой судна как-нибудь в другой раз – предпочтительно теплым солнечным днем, когда будем находиться далеко к югу отсюда. Теперь оставшиеся восемь лодок… Первые две – это полубаркасы. Следующие четыре – корабельные шлюпки. И последние две – ялики.
– Ялики вроде значительно короче остальных, – заметил я.
Капитан Фицджеймс попыхал своей зловонной трубкой и кивнул, словно я изрек некий перл мудрости из Священного Писания.
– Верно, – печально сказал он. – Длина яликов всего двенадцать футов против двадцати восьми у полубаркасов и двадцати двух у корабельных шлюпок. Но ни первые, ни вторые, ни третьи не оснащаются мачтами и парусами, и все они маловесельные. Боюсь, людям в них придется туго, коли мы выйдем в открытое море. Я не удивлюсь, если капитан Крозье решит оставить их здесь.
«Открытое море?» – подумал я. Мысль о плавании на любом из этих суденышек по любой акватории шире реки Большая Рыбная, представлявшейся мне подобием Темзы, никогда прежде не приходила мне в голову, хотя я не раз присутствовал на различных совещаниях, где обсуждалась такая возможность. Глядя на маленькие и довольно хрупкие на вид полубаркасы, ялики и шлюпки, я подумал, что людям, вышедшим на них в море, останется лишь провожать взглядом двухмачтовые тендеры и одномачтовые вельботы, скрывающиеся за горизонтом.
Но люди на маломерных суденышках будут обречены. Как людей разделят на команды? Или капитаны уже определили состав команд втайне от всех?
И к какой лодке приписали меня – на какую участь обрекли?
– Если мы решим воспользоваться лодками малого размера, мы будем тянуть жребий, кому на какую сесть, – сказал капитан. – Места́ же в тендерах, ялах и вельботах будут распределены между санными командами.