Аланис стала поощрять Алишера:
— Хорошо, смотри на меня, но докажи, что достоин. Собьешь ли ты вон то яблоко с дерева? А горшок с плетня? А голубя с крыши?..
Тут и там она придумывала для него цели, давала советы, подслушанные от Чары. Требовала, чтобы Алишер стрелял чаще, больше, точнее. Когда делал успехи, вознаграждала: поглаживала его плечо, теребила волосы. Алишер стрелял все лучше — и все быстрее терял рассудок.
Увидев Хайлаха, Аланис расспросила: что ждет впереди? Есть ли войска Альмеры? Будет ли сражение?
Ганта скривил рожу:
— Нет никого, разбежались. Волки были — ушли на запад. Блэкмор и Эрроубэк попрятались в свои замки. Вот же лысые хвосты! Был бы бой — настреляли бы рыцарей, набрали трофеев. А так — только села, сожри их Червь.
Он был сыт по горло мелкими деревнями. Последнюю грабил нехотя, только забрал жратву да нассал в колодец — так, шутки ради. Потрошить избы стало лень: не бывает там хорошей добычи. Вот если б город или замок…
— Вся надежда на Флисс, — сказал Хайлах. — Уж там повеселимся.
— А что во Флиссе?
— Вокруг него осада: войска этого… из Надежды. Сначала их посечем, соберем то, что выпадет. Помогут Духи — возьмем сотню-другую благородных, продадим за вкусную цену. А потом зайдем в город. Ты пойми: это же порт! Самый большой на Дымной Дали! Ткни в любой дом — серебро так и хлынет, как кровь из овцы!
Аланис содрогнулась. Ей ли не знать Флисс: роскошный, славный, богатый город, жемчужину северной Альмеры! Жалко хуторов и деревень, но эта рана Красной Земли довольно быстро заживет. Гибель Флисса — настоящая катастрофа!
— Сколько до него?
— Послезавтра приедем… — Хайлах подумал и добавил дружеский совет: — Ты лучше в город не лезь. Там весело будет, а ты похожа на альмерку. Еще спутают тебя с местной, и того…
Аланис, как и прежде, ночевала в шатре. Алишер — на земле у входа. Искупавшись в кадке и переодевшись в свежее платье, она позвала его к себе.
— Ай, красавица… — только и сказал шаван, глазами съедая ее, чистую и свежую.
Она растерялась: с чего начать? Как попросить всадника предать своих и расстрелять в спину? Хитрый Эрвин умел так сплести слова, чтоб собеседник запутался в паутине. А Аланис слишком привыкла к власти. Лукавство не выросло в ней за ненадобностью. Чего хотела, она просила напрямик — и получала. Но такое напрямик не скажешь…
— Ты соскучилась по мне, — угадал Алишер и поиграл мышцами на голом торсе. — Дело ясное: ты здесь, я там — вот и грустно. Давай с тобой останусь.
Он подошел, глядя прямо в глаза. Зрачки сверкали фонарями.
А на смуглой руке белел Перст Вильгельма.