— Найди себе бабу, поимей и успокойся!
— Ай, не ожидал. Я-то думал, ты не любишь, когда насилуют крестьянок.
— Найди овцу или козу!
— Я бы нашел, да за тебя волнуюсь: вдруг приревнуешь? Ничего нет страшнее, чем ревность красавицы!
Аланис пожаловалась Хайлаху. Ганта ответил равнодушно:
— Мы — ханида вир канна, достойные видеть. Можем смотреть на самого Гной-ганту, а на тебя — подавно.
— Он должен сражаться, а не мечтать о барышнях!
Хайлах усмехнулся:
— Не хочет драться — ему же хуже. Мне больше добычи останется.
Хитрый, хитрый Эрвин… почему он так часто лезет в голову теперь⁈ Эрвин спросил бы: отчего ты не прогонишь Алишера? Накинься на него со всею злобой, как тогда, в Славном Дозоре. Атакуй с полной силой — и растопчешь. Но ты только бранишься понемногу… Может, не так и хочешь, чтобы он исчез?
Аланис вдумалась глубже и признала за Эрвином долю правды. В отличие от большинства шаванов, Алишер был красив и радовал глаз. Что важнее, он был дерзок и смел. Не боялся проявить себя — так же, как сама Аланис. Он вызывал не только злость, но и симпатию. Полезно ли это?..
— Алишер, — спросила она, поймав очередной восторженный взгляд, — что ты готов для меня сделать?
— Ай, красавица! Я для тебя собью Звезду с неба. Я для тебя Дымную Даль переплыву. Я полечу в Орду Странников и приведу тебе лучшего коня!
Проверим, — подумала Аланис.
В разграбленном селе она увидела пьяных шаванов, дравшихся за серебряную икону.
— Отдайте мне, — сказала Аланис. — Я хочу ее.
Спьяну они не поняли, с кем говорят, и огрызнулись. Ей только того и надо было. Голою рукою, унизанной перстнями, тронула плечо Алишера:
— Они мне неприятны. Пускай станут пылью.
Ханид без колебаний испепелил драчунов. Аланис подобрала икону… Что с ней делать теперь? Это даже не Агата, а Людмила, Праматерь землепашцев… Отдала ее Алишеру:
— Возьми в подарок от меня.
Алишер с серьезной рожей поцеловал лик Праматери.
Воображаемый Эрвин сказал ей: прелестно, дорогая, ты обзавелась рабом. И что теперь?
Пускай будет битва, — думала Аланис. Наши не могут отступать бесконечно. Рано или поздно они примут бой, шаваны столкнутся с серьезной силой. Ханида вир канна переломят сражение в свою пользу… Но их очень мало. Четверо в Рей-Рое, охотятся за Эрвином. Полтора десятка полегли в бою с Лиллидеем. На их место взяли новых — неопытных, слабых. Двое остались в засаде в Славном Дозоре. Итого здесь, с Паулем, чуть больше тридцати перстоносцев, из коих только двадцать опытны в стрельбе. Если во время боя Алишер откроет по ним огонь и уложит хотя бы половину — это может переломить ход сражения!