— Ещё и Лера не отвечает, когда она так нужна мне! — с отчаянием произносит Даня и протискивается мимо нас, поднося телефон к уху.

Идет по коридору, останавливается вдали от всех и заваливается спиной на стену. Судя по глубокому вздоху, Лерка ответила ему. Я смотрю на друга, и внутри всё сжимается от жалости к нему. В таком ритме его надолго не хватит, получит нервный срыв или еще что похуже. Оказывается, столица не только мне показала зубы.

— И что ему теперь будет? — спрашиваю у ребят, продолжая смотреть на Даню. Закрыв глаза, он разговаривает по телефону.

— Пока ничего, — отвечает Роман. — Это обычные тренировки, но тренер категоричен — никакого допинга. Уровень доверия к Дане упал.

— Слушай, надо Ярика в углу зажать и побеседовать.

— Ну попробуй, — фыркает Ромка. — А потом он доложит тренеру. Он один не бывает, либо с пацанами, либо…

Он не договаривает, но я и так понимаю, чье имя не стал произносить.

Ярик серьезно взялся за Даню. А все почему? Потому что честно он место капитана не получит, только подлостями. Он боится и знает, на сколько ниже своего соперника.

А ещё он не знает, что Даня — отличный капитан. Его команда была лучшей — и в этом его заслуга. Парни всегда уважали и ценили своего лидера, поэтому никакой Ярик его не заменит.

И я понимаю, что никакие подставы не нужны. Драки, разговоры — все это лишнее. Впервые в мою голову вползает взрослая мысль, и когда Даня возвращается к нам, я смотрю в печальные глаза друга, пытаясь донести свою идею.

— Ты — прирожденный лидер. У тебя была самая крутая команда в регионе. Твой тренер молился на тебя и поклонялся, как идолу. А это значит, что никто тебя не подвинет.

Даня качает головой и молчит.

— Сейчас ты думаешь только о том, как стать лучше. Из-за этого ты слабеешь, потому что ты и так сильный. Просто будь собой. Ты любишь этот спорт больше всего на свете, так покажи это. Тренеру, команде, всему миру. Перестань бороться. Не победа над Яриком должно быть твоей целью, а доказать, что ты лучший.

Он вздыхает и смотрит такими глазами, будто я ему великое открытие сделал. Но не спорит — а это уже хорошо.

— Он прав, — вступает Роман. — Ты слишком загоняешься, но тебе нечего бояться. Ты играешь честно. А он рано или поздно сдуется. Даже если его поставят капитаном, долго не продержится.

Тоня молчит, но согласно кивает.

— Ладно, — выдыхает Даня, — посмотрим.

Я хлопаю его по плечу, видя перемену настроения.

— Обниматься будем на такой ноте? — говорю и вытягиваю руки.

— Господи, я думал, ты повзрослел, — посмеивается Даня. — Оказалось — показалось.