Я смотрю на спящего друга, который хмурится даже во сне. Почему он не рассказывает, все в себе держит? Обещал же, что больше ничего скрывать от меня не будет.

— И что делать? — спрашиваю, потому что у меня нет решения.

— Ярика под елкой в лесу прикопать, Лерку в этой комнате запереть. Что ещё сделаешь?

— Я беру на себя Ярика. Мне он тоже не нравится.

Роман хмыкает с улыбкой, а я думал, он серьезный план предлагает.

— А что она тоже не пошла сюда учиться?

— И правильно сделала. — Роман поднимается с кровати и натягивает брюки. — Она всегда рисовать любила. За мечтой пошла. А разлука иногда полезна.

— Ага, — говорю ему вслед. — Поэтому ты со своей девчонкой за одной партой сидишь.

— Это другое, — машет рукой Роман и выходит в коридор.

Голова после бессонной ночи и хронической усталости соображает плохо. Надо как-то Ярика вывести из игры, чтобы перестал палки в колеса вставлять. Но как это сделать, если я умею только проблемы людям доставлять?

В школе с такими людьми был только один разговор — припугнуть, а по обстоятельствам и морду набить. Собственно, так мы с Даней и выбили свое место на престоле. Но почему-то мне кажется, что друг не одобрит старые методы. Скажет, что я застрял в прошлом, к старым привычкам вернулся. А что делать, если иногда люди не понимают по-другому? Зная вспыльчивость Дани, вообще не понимаю, как он этого Ярика терпит.

Вообще странно это — он решил больше не выделяться, быть, как все. А как речь зашла про капитанство, в нем снова проснулся тот самый Даниил, которого я знал всегда — настырный, упертый, настоящий лидер. Вот если бы он послушал меня и не стеснялся возле стенки в первые дни учебы, уже бы капитаном всего института был. Таким же крутым, как Макс.

Я не знаю, как у него это получается с его спокойствием и полным отсутствием чувства юмора, но в школе его уважали и боялись. Даже те, кто на пару классов старше. Помню, как мы в восьмом классе борзеть начали. Зеленые ещё, сопливые, а уже на старшеклассников рычали. Руки в карманах, взгляд уверенный, спина прямая. Не было ни капли страха получить от более сильных пацанов. Наверное, поэтому мы смогли выжить. Дружили с крутыми парнями, а когда они выпустились, уже к нам набивались младшеклассники.

А сейчас? Идет в институт, поникший, будто у него умер кто-то. Зависает в телефоне, но радости от общения с Леркой на лице нет. Толкаю Романа и киваю в сторону Дани. Он глазами показывает: я же говорил.

Но мне ли его осуждать? Я вообще запал на девчонку, которая меня в упор не замечает. Ещё немного и тоже превращусь в грустную статую от разбитого сердца. И будем мы вдвоем вздыхать от тоски.