Да и жрать очень хочется. А стол ломится от вкусных и разнообразных блюд. Так что маска, висящая на поясе, осталась нетронутой.

Слуга подвел к нам мужика в черной рясе, и мне сразу захотелось взяться за меч.

Бугай двухметровый, чтобы охватить взглядом плечи, нужно вертеть головой по сторонам. Да и рожа откровенно бандитского толка — встретишь в темном переулке и с перепугу отправишься на свидание к Райогу. И это священник?

— Ваша милость? — чуть расширив глаза, выдохнул он, разглядывая мое лицо.

Я улыбнулся. Знаю, как это смотрится со стороны — сам поначалу пугался, уж больно неестественное у меня лицо. Местные-то уже попривыкли, хотя первый месяц приходилось таскать маску, практически никогда не снимая, даже ел я без свидетелей. Но теперь народ успокоился, да и орден рядом все время со мной — чудовище уже бы убили. А так — ну, чешуя у барона, подумаешь, зато девок не портит и налоги не повышает.

— Это я. Полагаю, брат Курт? — продолжая улыбаться, я указал рукой на свободную лавку, мы-то с Салэм сидели рядом. — Раздели с нами трапезу, брат, наверняка проголодался, пока добирался сюда аж из самой столицы.

Священник взял себя в руки и склонил голову, молча благодаря за оказанную честь. Все-таки не каждый день представителей религии пускают за хозяйский стол.

Церковь местная хоть и существовала, как единая организация, но на деле в каждом королевстве была своя. Сложилось так далеко не сразу, но монархи достаточно быстро рассорили иерархов, то и дело отдавая своим то землю, то привилегии. В общем, местечковые патриархи, которые также звались «братья», но носили совсем другую одежду, отличную от простых служителей Райога, сперва обособились, привязавшись к кормящей руке, а потом и вовсе стали своего рода спутниками власти, играя роль духовных наставников, действующих в интересах правящей династии.

Естественно, тот же брат Карл был представителем низшего звена организации и на место личного духовника барона рассчитывать не мог. Видимо, это и стало причиной, почему священник так усиленно отгораживался от мирских проблем простолюдинов, громко и уверенно рассказывая о Райоге и том посмертии, которое ждет достойных людей.

Как следует из вышесказанного, очень быстро возникла ситуация, когда нейтральные кланы и оппозиция воспротивились возвышению клириков. А потому в большинстве земель участь священников стала незавидна — их не прогоняли, однако и помощи особой не оказывали.

Так что само мое предложение разделить со мной трапезу — это действительно проявление высшего благоволения.