— А заодно найди способ разобраться, откуда эти твари, прикрывающиеся именем Райога, взялись, — велел его величество. — Самим в контакт с самозванцами вступать не обязательно, для этого есть Ловчие. Сейчас один из них как раз направляется в Чернотопье.
— Барон Шварцмаркт оставил наследника, и мальчишка прошел проверку у моего священника, — кивнул брат Томаш. — Не думаю, что от него стоит ждать новых свершений, мой король. Один раз стать героем — это одно, но геройствовать постоянно…
— Это опасно, — прервал его Равен. — Кланы уже забурлили так, что у моих людей руки отсыхают столько доносов писать. Все хотят породниться с сиротой, внезапно заключившим торговый союз с орденом. Выскочка нам не нужен, брат Томаш, а вот лояльный барон, да правильно поддержанный Райогом… Ты меня понял?
Клирик кивнул.
— Разумеется, мой король. Я отпишу в Огонвеж, за мальчишкой присмотрят. И наставят на путь истинный.
— Рад, что ты понимаешь. Но это — дело второстепенное. В первую очередь пусть твои люди ищут ублюдков, посмевших очернять имя нашего великого создателя. Райог даровал людям жизнь, он не превращает свои создания в монстров, а клирики не убивают. Если же эти новости станут известны слишком многим, мы утопнем в кровавых бунтах, брат Томаш.
Священник кивнул, не споря с очевидным. Король никогда не отпустит своей власти. Да и служителям Райога она не нужна: люди сами одаривают своих поводырей и наставников, стараясь откупиться за грехи. Однако жестокие расправы, описанные в сообщении Аркейна, ощутимо портят репутацию клира. Подобные ошибки простой народ — а именно от него идут основные доходы — не прощает.
— Сегодня же я выступлю с проповедью, мой король, — пообещал Томаш. — А потом ее станут читать по всему королевству.
Равен великодушно выделил священнику герольда. Не самому же главе клира глотку рвать.
— А теперь обсудим финансы, — сменяя тему, заговорил король.
Чернотопье. Барон Киррэл «Чертополох» .
— А-а-а!
Вопль сопровождал хруст костей. Прикованный к стене каземата разбойник из банды Яна задергался, но палач свое дело знал крепко — жертве вырваться не удалось.
— Итак, куда ты меня послал? — с усмешкой переспросил я.
Демон, стоящий перед пленником, оставался невидимым для всех, кроме меня. Ченгер смотрел в побелевшие от боли глаза разбойника и с наслаждением облизывался.
— Я не… — начал мужик, но палач резко дал ему пощечину, заставив заткнуться.
— Мастер, — кивнул я гиганту в замызганном кровью фартуке, — продолжайте.
Нормального палача в баронстве не было. Зато нашелся ветеран, уже одряхлевший, но все еще бодрый. А когда Зигмунд понял, кого ему нужно будет обрабатывать, вызвался первым. Внучка старого воина была найдена изнасилованной в подворотне через пару дней после воцарения Яна, так что теперь дедок, похожий на тролля, работал, что называется, с огоньком.