Я покачал головой, снимая с предплечий артефакты, чтобы мои демонические глаза стали видны искоренительнице.
— Они напали на меня, убивают моих людей, Салэм. А я такого не прощаю и буду мстить. В конце концов, я ведь одержимый.
Разумеется, бросать все и сразу же ехать в чужое баронство я не собирался. Хотя и хотелось.
И в первую очередь не потому, что был убит Яцек, которого я, как барон, обязан защищать. И не из-за того, что кто-то смог прикинуться мной и остаться безнаказанным.
Меня трясло от мысли, что могла погибнуть Салэм.
Себе можно признаться честно — эта девушка стала для меня чем-то большим, чем просто подруга и любовница. Она превратилась в моего человека, а за нападение на своих я всегда выбирал самый наглядный способ объяснить, почему так делать нельзя.
Кому-то покажется жестоким, но я еще помню, как местный авторитет послал ко мне своих шестерок, чтоб запугали беременную первенцем жену. Нет уж, мразь нужно давить, пока она не осмелела. Те оказались в реанимации с многочисленными переломами, а этих я буду просто убивать. Теперь я закон и правосудие.
Но прежде чем что-то сделать, нужно хорошенько подумать и все распланировать. Да и после взрыва дар еще не восстановился настолько, чтобы я мог всерьез колдовать.
Поэтому я еще двое суток потратил на окончательный разбор проблем Большой и только после этого, оседлав гончую, направился в Мелководье в компании Густава, Ченгера и Салэм. Мелководские мужики уже давно вернулись домой самостоятельно, не став останавливаться в деревне Микаля на больший срок.
Некромантку орден оставил не с пустыми руками. Маттиас, прибывший из Чернотопья, а затем уехавший в гости к Блэкландам, вручил моей подруге несколько сумок с артефактами. Уже по одному этому факту можно было предположить, что Аркейн воспринял угрозу всерьез. Им, похоже, тоже не понравилось, что некто решил напасть на искоренителя и умудрился после этого выжить.
Так что, если ребята из ордена не зря свой хлеб едят, они обязательно что-то найдут. Вопрос лишь в том, сколько времени для этого потребуется, и успеют ли они.
На Яцеке лежали чары, которых никто из нас не заметил. И ладно еще я, после принятия одержимости моя способность видеть магию была заменена глазами демона, да к тому же я и не спал двое суток перед этим, что никак не помогало быть внимательнее. Ченгер тоже не создан детектором чар — это чужую боль он ощутить может, заклинаний это касается постольку-поскольку. Мой компаньон их определяет больше по воздействию на жертву, различая «вкус» чужой боли. То есть мы двое ничего бы не нашли в любом случае.