У задней двери стояла, закрывая рот руками и судорожно глотая воздух, женщина в простом платье. Однако мне с первого взгляда было ясно, что не каждый горожанин может похвастать подобным нарядом — уж больно ладно все скроено.

А между ними, развалившись на траве, лежал крепкий мужчина. Голый по пояс, босой, он зажимал живот ладонями и кривился, сдерживаясь от стонов. Я даже подивился его стойкости. С такой травмой он тут не жилец, если рядом не окажется целителя — распоротые кишки травками не полечишь.

— В-ваша милость! — опомнился Олс, оторвав взгляд от Вилли, тихо заскулившего сквозь стиснутые зубы.

— Спокойно, — махнул рукой я, безбоязненно приближаясь к будущему мертвецу.

Судя по лицу, Вилли и сам понял, что век его оказался неожиданно короток. Но, надо отдать мужику должное, особенно испуганным он не выглядел.

— Что ж, такой исход тоже меня устроит, — подытожил осмотр я. — Олс, нож.

Тот кивнул и, уронив окровавленный меч на землю, протянул мне короткий кинжал, больше похожий на кухонный ножик, чем на боевое оружие. Впрочем, это уже его личная экипировка, так что неудивительно.

— Сойдет, — попробовав пальцем лезвие, кивнул я. — Итак, Вилли, расскажешь, зачем ты побежал и бросился на моего человека?

Раненый глянул на меня очень зло. Если бы у него был дар, я бы сейчас вспыхнул, как соломенный сноп. Но магией Вилли не владел, а потому лишь сплюнул, попытавшись оскорбить меня.

Слюна повисла на гладко выбритом подбородке ярким красным пятном. Мужик закашлялся, а я спокойно ждал, когда приступ пройдет. Наконец, улегшись на спину, Вилли перестал дергаться.

— Густав, — поднял я взгляд на впавшую в шок женщину, за спиной которой уже нарисовался мой главный дружинник. — Хозяйку в поместье. Пусть пока посидит под замком.

И стоило стражнику увести ее, я взял нож поудобнее.

— Итак, Вилли, сейчас ты будешь жалеть, что Олс не убил тебя на месте. А я послушаю, что ты мне расскажешь о своих делишках. Ты ведь крепкий мужик, тебя надолго хватит, а моему демону нужно питаться чужими страданиями. Итак, пожалуйста, скажи, что ты ничего противозаконного не делал.

И мои губы растянулись, изображая предвкушающую улыбку. Пусть видит, что мне это нравится, так его будет легче ломать. Врать о том, что ему кто-то поможет и спасет, я не собирался. Да и сам мужик калач тертый, понимает прекрасно, что его время на исходе.

Тащить его куда-либо уже не было смысла. Не исключено, что в процессе переноски он просто отдаст концы, так что придется импровизировать. Тем более соседи наблюдают, и ни к чему мне слава психопата, который может ни с того ни с сего вломиться в дом мирного человека и зарезать его, как свинью.