Я смотрел, как армия Гроцци, оставив у стен десятки тел своих товарищей, медленно и неохотно отступает к своему лагерю. В этот раз победа ощущалась иначе.
Не как результат хитроумной диверсии или отчаянной импровизации.
Эта победа была заслуженной, выстраданной. Мы выстояли в честном, открытом бою, плечом к плечу. Люди, гномы, орки, маги… Все мы. И от этой мысли на душе стало неожиданно тепло и спокойно.
— Мы выстояли, милорд! — рядом возник запылённый, чумазый, но сияющий Гаскер. Его голос, обычно ровный и спокойный, дрожал от волнения. — Клянусь всеми богами, мы выстояли!
— Мы выстояли, Гаскер, — кивнул я, хлопнув его по плечу. — Благодаря всем вам.
С другой стороны ко мне подбежал Волагер, начальник городской стражи. Его обычно полноватое лицо осунулось, под глазами залегли тени, но в них светилось экстатическое счастье.
— Я… я думал, мы не выстоим! Когда они подтащили таран… Я думал, всё кончено! А Вы… Вы просто стояли и смотрели, словно знали, что ворота выдержат!
Я усмехнулся. Вообще-то не знал, но рассчитывал, что произойдёт именно так. Гномы, укреплявшие ворота, поработали на славу.
— Я верил в наших гномов, Волагер.
Начальник стражи расправил плечи, словно подрос на несколько дюймов.
Стена гудела. Усталые, но счастливые лица. Гришейк, сын орочьего старейшины, подошёл ко мне, скалясь в широкой улыбке, обнажавшей внушительные клыки.
— Хорошая драка, — пророкотал он. — Враг истёк кровью. Мои лучники довольны. Они собрали богатый урожай. Нас попросили ребятишки из роты «белки», вместе мы крючьями на верёвках достали со стены погибших врагов… Чтобы достойно захоронить, само собой, это были славные воины.
— Вы использовали какие-то воровские приспособы «белок»? Ладно, я понимаю, что ты хочешь мародёрить убитых, твоё право, Гришейк.
— Ну, что Вы, босс, просто перед захоронением со всем уважением избавим от лишнего груза и доспеха. Кто же хоронит в доспехе?
— Действуй, я не возражаю.
…
Когда первая волна эйфории схлынула, я собрал всех командиров в доме Пратна Остроглаза, который уже давно превратился в наш официальный штаб. Гаскер, Волагер, Гришейк, Мадана, командиры рот, Тибо, старейшины гномов и даже маги Пеконимо и Анааракс, осунувшиеся и бледные от магического истощения. Все были здесь.
— Что ж, господа… и леди, — я отвесил Мадане отдельный уважительный поклон. — Поздравляю всех. Мы одержали большую победу. Но расслабляться рано. Пришло время для «разбора полётов».
Я заметил, как несколько человек недоумённо переглянулись. Выражение, которое я притащил из своего мира, здесь ещё не прижилось, хотя слухи о странных словечках лорда-защитника уже вовсю ходили по городу.