— А ты будешь направлять магию сна. Твоя природа ближе всего к его изначальной сущности.
Наконец Хель взяла книгу.
— А я прочту заклинание. — Она посмотрела на них серьёзно. — Но знайте: если мы не успеем, если ритуал прервётся, Фрозенхарт не просто проснётся. Он станет сильнее, чем когда-либо. И тогда даже боги не смогут его остановить.
Ещё один рёв потряс цитадель. Теперь в нём слышались нотки ярости. Великий змей понял, что кто-то вторгся в его владения.
— Идём, — сказала Хель. — Время вышло.
Они покинули зал артефактов и направились по новой лестнице ещё выше, к самому сердцу цитадели. С каждым шагом холод становился пронзительнее, а в воздухе всё отчётливее ощущалось присутствие чего-то огромного и древнего.
Фрозенхарт просыпался.
И их время истекало.
Глава 10: Узы Жизни и Смерти
Последняя лестница привела их в самое сердце цитадели — огромный круглый зал, потолок которого терялся в непроглядной тьме. Стены были покрыты барельефами, изображающими драконов и змеев, а в центре зала зияла круглая яма, окружённая концентрическими кругами рун.
Из ямы поднимался холод, настолько пронзительный, что даже Виктор почувствовал, как его дыхание замерзает в лёгких. А ещё оттуда доносились звуки — шорох гигантской чешуи по камню, глубокое дыхание, похожее на работу кузнечных мехов размером с дом.
— Он там, — прошептала Кристина, сжимая в руках Кристалл Вечного Сна.
Хель подошла к краю ямы, заглянула в глубину. Её лицо оставалось невозмутимым, но Виктор заметил, как напряглись её плечи.
— Пробуждение идёт быстрее, чем я думала. — Богиня смерти открыла Книгу Заклинаний Первого Круга. — Нам нужно начинать немедленно.
Виктор поднял серебряную цепь. Металл был тяжёлым и холодным, но когда он взял её в руки, цепь засветилась мягким светом, а по её звеньям пробежали искры силы.
— Что мне нужно делать?
— Встань напротив Кристины, — приказала Хель, занимая позицию между ними. — Когда я начну читать заклинание, опусти один конец цепи в яму. Другой держи крепко. Что бы ни случилось — не отпускай.
Кристина подняла кристалл над головой. Камень засиял холодным светом, и по залу разлились волны магической энергии.
Хель начала читать.
Слова заклинания не принадлежали ни одному из известных языков. Они были древнее времени, древнее самой мысли. Каждый слог отдавался эхом в пустоте, и с каждым словом воздух в зале становился плотнее.
Виктор опустил конец цепи в яму.
Мгновенно из глубины поднялся рёв ярости. Нечто огромное зашевелилось в темноте, и Виктор увидел блеск гигантского глаза, размером с щит.
Фрозенхарт просыпался.