— И мою тоже!

— Нет! — крикнул Виктор. — Ты не бессмертна! Это убьёт тебя!

Но Кристина уже коснулась свободной руки Хель. Поток её жизненной силы был иным — холодным, как арктический ветер, но не менее мощным.

Богиня смерти теперь пылала силой троих. Её голос прогремел по залу, заглушая рёв дракона.

Заклинание достигло кульминации.

Серебряная цепь в руках Виктора вспыхнула ослепительным светом. Звенья стали раскалёнными, но он не отпускал, чувствуя, как сила проклятия защищает его от боли.

Кристалл в руках Кристины засветился, как новая звезда. Лучи холодного пламени обрушились на дракона, сковывая его движения.

А Хель произнесла последние слова заклинания, вкладывая в них всю полученную от них силу.

Фрозенхарт взревел в последний раз — звук был полон ярости, боли и… покорности. Великий змей начал погружаться обратно в яму. Цепь опутала его тело, сковывая движения, а магия сна окутала его разум туманом забвения.

Дракон опустился всё глубже. Его глаза закрылись, дыхание замедлилось. Наконец его голова исчезла в темноте ямы, и только эхо его последнего вздоха прокатилось по залу.

Хель закрыла книгу. Свет кристалла погас. Цепь в руках Виктора потемнела и стала обычным металлом.

Тишина.

— Готово, — прошептала богиня смерти, опускаясь на колени от истощения.

Виктор бросился к Кристине. Белая Ведьма стояла, качаясь, её лицо было смертельно бледным.

— Кристина!

— Я… я в порядке, — слабо улыбнулась она. — Просто устала.

Но Виктор видел, что это больше чем усталость. Отдав часть своей жизненной силы, Кристина постарела. Не внешне, но что-то в глубине её существа стало… тусклее.

Хель поднялась, опираясь на посох, который материализовался в её руке.

— Интересный опыт, — сказала она, изучающе глядя на Виктора. — Я никогда не получала жизненную силу от бессмертного. Это было… необычно.

— Долго он будет спать? — спросил Виктор, помогая Кристине сесть на каменную скамью у стены.

— Тысяча лет, может больше. — Хель подошла к краю ямы, заглянула в глубину. — Цепи крепче прежних, а заклинание усилено вашей жизненной силой. Ему будет гораздо труднее проснуться.

Она повернулась к ним, и на её лице было выражение, которое Виктор не ожидал увидеть на лице богини смерти — нечто похожее на благодарность.

— Ты удивил меня, Страж Севера. Мало кто готов поделиться самым ценным, что у него есть.

— Жизненная сила не самое ценное, — ответил Виктор, сжимая руку Кристины. — Самое ценное — это те, кого мы защищаем.

Хель кивнула, словно ожидала именно такого ответа.

— Возможно, Один создал более мудрое оружие, чем думал. — Она направилась к выходу, но у дверей остановилась. — Кстати, Виктор. Твоя готовность пожертвовать собой не осталась незамеченной. Если когда-нибудь понадобится помощь — призови меня. Я в долгу.