Пока Соколов выходил из машины, я незаметно достала духи и брызнула на сидение. Теперь мой запах будет с ним везде. И пусть у него слипнется задница от сладости! А если у него кто-то есть, то у женщины наверняка возникнут вопросы.

Довольная своими детскими выходками, я подошла к двери, и Соколов галантно пропустил меня вперед. Не толкнул в спину, не сказала «давай быстрей», он подержал мне дверь, как женщине. И я уже совсем ничего не понимала.

Мы заняли столик у окна, и к нам сразу подошла молоденькая официантка с широкой улыбкой, посвященной не мне.

— Сергей Алексеевич, — пропела девчонка, — здравствуйте!

И посмотрела на меня ревностным взглядом.

— Насть, мне как всегда, — сказал Соколов.

Он знает официанток по имени? Я много раз отдыхала тут, но никогда даже на бейджики не смотрела, а он обращается по имени. От грубого, жесткого Соколова меньше всего я этого ожидала услышать.

— А вам? — спросила официантка у меня и улыбнулась не искренне.

— Мне тоже самое, — ответила я.

Девчонка удалилась от нас и точно придумала мне какое-нибудь прозвище. Глупая, разве он посмотрит на официантку?

— На следующей неделе день рождения компании, — начал он. — Нужно организовать корпоратив для персонала. Занималась когда-нибудь таким?

— Организация праздника для подруги считается? — улыбнулась я. — Куча голодных студентов, ограниченный бюджет. Но всё прошло идеально, если не считать того, что я чуть не спалила общаковскую кухню.

Он смотрел на меня с любопытством. А я впервые кому-то на задании рассказала правдивую историю о себе.

— Нужно посчитать количество человек, организовать доставку еды, официантов. Украшения зала, ну и всё в этом духе, — спокойно продолжил он.

— Конкурсы? Тамада?

— Да, — кивнул Соколов с грустью или усталостью. — Музыка, танцы.

Он так странно говорил о празднике, словно готовились похороны, а не день рождения компании. Может, у него случилось что-то? Имела ли я право спрашивать, если мне интересно?

Официант принесла еду, и я пожалела, что заказала «тоже самое». Тарелка овощного салата, суп с мясом и рис с отбивной. Я это и за неделю не съем, даже несмотря на постоянный голод, который испытывала, устроившись в компанию.

— Кто-то еще будет? — спросила я, жуя салат. — Или только персонал?

— Паша обычно не приходит, — сказал Соколов, одарив меня язвительным взглядом.

Я хотела думать, что это ревность. И плевать, что ко мне он точно ничего не испытывает. Но лёд между нами вроде тронулся, а это значит, что есть шанс довести дело до конца. Главное — не передумать и не начать жалеть его. Я сразу вспомнила его отношение ко мне и поняла, что простить такое будет очень сложно, даже если он продолжит быть милым.