Алварика совершенно забыла, что еще каких-то полцикла назад она собиралась дождаться момента, когда им выпадет богатая добыча, а потом забрать свою долю и уйти из группы. Открыть собственный бьюти-салон, а то и попробовать себя в роли актрисы. Попутно найти богатого и щедрого поклонника, влюбить его в себя — и пусть себе складывает подношения к ее ногам. Не зря же она соблазнение прокачивала?

Но как-то незаметно жизненные приоритеты лучницы поменялись. Богатые поклонники больше не интересовали девушку, а проблемы группы неожиданно стали ее собственными проблемами. И Алварика, не задумываясь, распрощалась с благами цивилизации и отправилась в добровольное изгнание с совершенно неясными перспективами. Задача сохранить жизнь Элаю вышла для нее на первый план, заслонив собой даже жажду личного обогащения.

«Ничего. Мы все равно как-нибудь выкрутимся. Не может такого быть, чтобы не выкрутились, — успокаивала себя Алва, рассеянно поглаживая медальон, висящий у нее на шее. — Эл сказал, что не хотел его убивать, а значит, шанс оправдаться все же есть…» — лучница на мгновение запнулась, а потом аккуратно сняла с шеи цепочку с медальоном и сжала его в кулаке. Вопреки ее обычной манере смотреть на вещи с оптимизмом, Алварику одолевали сомнения. Несмотря на свой богатый жизненный опыт, она никогда даже не слышала о том, что кому-то удалось снять статус Убийцы. То ли потому, что в таких вещах ошибок интерфейса практически не случалось, то ли это было технически невозможно. Но даже если так оно и есть — все равно шанс избавиться от статуса существовал. Да, это очень опасно и лучше бы не связываться, не будить лихо, пока оно тихо. И гарантий успешного исхода, увы, никаких. Но в самом крайнем случае…

Алва помедлила немного, собираясь с духом — а потом все же решилась. Круглая крышка медальона щелкнула и приоткрылась, и девушка с опаской заглянула внутрь. Она никогда не открывала свой медальон раньше, предпочитая оставаться в неведении насчет его содержимого. И теперь ее взгляду предстала фигурка песочных часов. Верхняя половинка часов была заполнена серой мутной взвесью, а на нижней горкой располагались песчинки. Черные и белые.

Алва моргнула, словно в глаз ей попала соринка. Да, что-то в этом роде она и ожидала увидеть. Но если предположить, что черные песчинки соответствуют плохим поступкам, а белые — наоборот, то получается… Она потерла глаза и снова уставилась в медальон, не желая поверить в увиденное. Ничего не изменилось. Черных песчинок было заметно больше, чем белых. «Как же так? Я ведь хорошо себя вела! — растерянно бормотала лучница, встряхивая медальон, чтобы крупинки песка сложились в иной узор. — Никого не обманывала, не кидала, даже в карты не жульничала… ну-у, почти. Пай-девочка, да и только. Как так получилось-то? И что мне теперь делать? Может, еще можно что-то исправить?»