Пройдя в ворота, Аркаша наткнулся на воз с дровами и попытался обойти неожиданную преграду, но в этот момент что-то тяжелое ударило борца за народное счастье по затылку, заставив померкнуть свет в его глазах.

— Принимайте фраера, — серебряным колокольчиком прозвенел ангельский голосок барышни.

И без того подпорченное настроение Ипполита ухудшалось с каждой съеденной ложкой, пока, наконец, он не отложил ее в сторону.

— Что с тобой? — поинтересовалась Искра.

— Вспомнил об одном важном деле, — буркнул тот. — Мне нужно идти.

— Оно настолько срочное?

— Да. Ума не приложу, как я мог о нем забыть.

— Вы уходите? — осмелился подать голос Светлов.

— К моему величайшему сожалению, придется вас покинуть, — постарался остаться любезным Крашенинников и встал из-за стола.

Скорым шагом проследовав в прихожую, он принялся торопливо одеваться, под недоуменными взглядами товарищей.

— Когда вас ждать? — осведомился Валериан Павлович.

— Ужинайте без меня, — ответил ему Ипполит Петрович и исчез за дверью.

— Нам надобно поговорить, — тихо шепнула Максиму Искра, проводив главу ячейки. — Наедине.

Обед оказался испорчен. Барышня под предлогом отсутствия аппетита ушла в свою комнату, вслед за ней удалился мастеровой и только хозяин квартиры вернулся к столу, с отвращением глядя на тарелки с недоеденной пищей. «Кой черт меня дернул пригласить их?» — поморщился Светлов и потянулся к графинчику с водкой.

Так уж устроен свет, что когда двое молодых людей разного пола заняты одним делом, между ними часто возникает симпатия. Иногда она взаимна и тогда может перерасти в нечто большее, но чаще чувство вспыхивает только у одного. С Максимом именно так и случилось. Он давно обратил внимание на Искру, не только как на надежного и целеустремленного товарища по борьбе, но и как на красивую и умную женщину. Она, разумеется, заметила это, но со свойственным ей тактом дала понять, что сейчас не время устраивать личное счастье и не мог не согласиться со столь убедительными доводами. И все же их отношения были куда более близкими и доверительными, нежели с другими членами организации.

Осторожно постучав в дверь ее комнаты и, не дождавшись ответа, мастеровой заглянул внутрь и увидел, что бывшая учительница собирает вещи.

— Что-то случилось? — удивился Максим.

— Нужно уходить, — не оборачиваясь, отвечала та.

— Но что случилось?

— Ты видел, как ушел Ипполит?

— Да. Он явно нервничал.

— Нервничал? Вот уж черта с два! — зло рассмеялась обычно не употреблявшая сильных выражений Искра. — Он ужасно напуган и потому бежал.

— Но почему?