(убийства)
(самоубийства)
смерти Анфисы.
(мы не знаем, что это было. рано ещё делать какие-то выводы)
— Кира, почему ты так решила? — с нажимом повторила Мила.
Кира с нескрываемым раздражением посмотрела на подругу, удивляясь тому, как можно быть настолько недалёкой. Сначала Анфисе начала сниться Маша, которая явно намекала на то, что не простила, потом Анфиса умерла (то ли сама, то ли… не сама), и в этот же день кто-то разбрасывает по общежитию вырванные из дневника листы. Кто-то.
(мрачная фигура в красном плаще)
Кто-то оставляет на зеркале жуткую запись — фразу, которую обнаружили на стене комнаты Анфисы. Фразу, которая могла быть как угрозой, так и предсмертным криком о помощи.
Кто-то.
(мрачная фигура в красном плаще)
— Мила, достань мне хотя бы один лист. Это очень важно, — твёрдо сказала Кира. — Пусть все узнают правду, хорошо. Может, так будет даже лучше. Эта тайна… она… она убивает нас. Но, по крайней мере, мы будем готовы к этому.
— Никто не свяжет эти листы с Анфисой.
— Откуда ты знаешь? Если окажется, что Анфису убили… ты понимаешь, что это означает?
— Что мы все в опасности?
— И не только, — Кира поморщилась. Кто о чём, а Мила продолжала думать только о своей безопасности. Собственно, разве они сами не поступали так на протяжении пяти лет? Вадим ответил за всё и всех, но он нашёл в себе силы жить дальше.
— Они начнут выяснять подробности жизни Анфисы и узнают о дневнике. Если решат, что Анфиса сама… ну, сама, то они всё равно начнут опрашивать её друзей, знакомых, одногруппников…
— Она вела дневник? Ты была в курсе?
— Нет. Но если я не в курсе, это же не значит, что она не вела дневник, так? Ты же… — она хотела сказать «Ты же не знала, что я вела дневник», но вовремя замолчала.
И было кое-что ещё: бокал, осколками которого Маша вскрыла себе вены, бокал, осколками которого Анфиса… Кира замотала головой, как будто надеялась таким образом избавиться от мрачных мыслей, которые отвлекали.
— Кира, о чём ты молчишь? — спросила Мила шёпотом. — Почему у тебя было такое странное лицо, когда Алина рассказывала о Матвее?
— Кто такой Матвей?
— Капитан футбольной команды. Которого избили, — добавила она.
— У меня было нормальное лицо. Мила, ты можешь или нет достать эти чёртовы листы?
— Кира?
— Да или нет? Если нет, то я сама.
— Хорошо, Кира, — сказала Мила после непродолжительного молчания. Она задумчиво смотрела на подружку, как будто пыталась что-то понять.
— Спасибо. Я подожду на первом этаже, — сказала Кира.
— Ты не пойдёшь на пару?
— Я задержусь.
Мила скептически приподняла брови и усмехнулась. Не злобно, скорее недоуменно.