Правда, иногда программа давала смешные сбои: так, единственный в стране хлебозаводный завод, на котором производилось все необходимое для городских пекарен современное оборудование, был запущен в Чите — и железнодорожники разом вспомнили множество совершенно «морских» выражений, организуя перевозку «в Центр» трехметрового диаметра баков для выстаивания теста и объясняя вечно недовольным грузоотправителям, почему столь нужный всем вагон десять дней везет куда-то все го лишь две железяки общим весом в полтонны. Но все же таких ляпов было не особо и много

Вера же всю весну провела в университете, составляя программу работы кафедры на следующий год. Очень напряженную программу, и, скорее всего, очень недешевую. Профессор Зелинский, с черновиками программы ознакомившийся, даже поинтересовался:

— Вера, а вы другим кафедрам хоть копейку из общего бюджета факультета оставить не могли бы?

— Николай Дмитриевич, вы должны бы уже привыкнуть: я факультетский бюджет не дою, а лишь приумножаю. Вот эта часть, по кислородостойким резинам, уйдет на вашу кафедру, вместе с финансированием от наших авиаторов уйдет, а вы сумму-то видите? Эти разработки без профессора Каблукова не обойдутся, вот эта тема — тут Саше поработать придется, а то, что моя кафедра везде прописана как головная, объясняется лишь тем, что почему-то все хотят именно со мной хоздоговора заключать.

— Ну, если так… Действительно, ты на хоздоговорных работах собаку съела. А сама чем заниматься будешь, если не секрет?

— Не секрет: научной работой. А вот тема этой работы…

— Мы помочь можем?

— Я как раз всю помощь от факультета сейчас и расписываю. Но вот по той тематике, которую мне поручили, университет точно помочь не сможет. Там в основном все с отладкой техпроцессов связано, и поработать придется не факультету, а «Химавтоматике»… но вот вам точно беспокоиться не нужно: некогда будет беспокоиться. Я-то программу вроде и на год расписываю, но на самом деле хорошо если года за три только основные проблемы решить получится. Ну сами смотрите, только по вашей теме: нужна резина для шлангов, по которым будут качать чистый кислород — это для летчиков. Резина эта должна оставаться эластичной при температурах до минут семидесяти… ну, хотя бы до минут пятидесяти, при плюс шестидесяти она не должна ничего выделять вредного и даже вонючего, все же летчик этим дышать будет. А в самолете везде еще масло всякое машинное просачивается, пары бензина…

— Да уж, есть тут над чем подумать. И не уверен я, что получить, что у тебя просят, вообще возможно.