— И ты после этого хочешь, чтобы я не считал тебя заразой?

— Считайте, я потерплю. На общий ужин останетесь?

— Я всего лишь пообещал вовремя тебя вернуть домой. А с монголом этим… чувствую, нам с ним до ночи теперь будет о чем поговорить… из-за тебя, зараза! Но ты учти: больше по поводу орденов чтобы никаких взбрыков не было: не хочешь — не носи их, они все равно закрытыми постановлениями тебе присуждаться будут. Но протесты высказывать — об этом забудь!

— Это вы о чем?

— Сама узнаешь… потом. Могу и я хоть разок побыть заразой вредной? Чтобы ты прочувствовала, каково мне с тобой приходится рядом жить и работать…

Возвращение Веры гости встретили настороженно, но девушка уже придумала способ направить мысли музыкантов в иное русло:

— Итак, товарищи… Иосиф Виссарионович несколько раздосадован тем, что советскому народу мы послезавтра можем предложить только две пластинки. А поскольку я с музыкой знакома гораздо меньше, чем любой из вас… Сразу предупреждаю: то, что мы успеем записать завтра до обеда, скорее всего к празднику будет растиражировано, а вот то, что получится после обеда, раньше числа восьмого, а то и десятого в магазинах не появится. У кого какие мысли? Нет, вы сначала все же подумайте, между собой обсудите. И если у вам желание появится, можем завтра еще одну пластинку записать. Но, сами понимаете, времени на репетиции не будет…

— Это приказ?

— Да что вы! Это просто предложение… вписать свое имя в первой десятке выпущенных винилитовых пластинок в мире. Впрочем, вы уже взяли первые два места. А вот третье… Еще одну пластинку точно надо приготовить, но мне, откровенно говоря, не хочется из каждого окна слышать, как я попадаю мимо клавиш.

— Мимо каких клавиш?

— Я когда-то записала на магнитофон демонстрационную версию, но там важно было хоть какой-то звук записать: мы же именно магнитофон демонстрировали, я даже и не старалась особо — а сейчас других записей, которые можно перевести на пластинки, просто нет.

— А вы сами играли для этой записи? На чем?

— Да вот на этом рояле и играла. Но еще раз: я же не музыкант…

— Ну да, как вы, не музыкантом будучи, на скрипке играете, мы слышали. А можно послушать, как немузыкант на рояле играет?

— Так запись-то не здесь, а на фабрике…

— Но рояль-то здесь?

— Ладно, сами напросились. И заранее предупреждаю: музыку написал американец Пайн Топ Смит, я тут вообще не причем…

— Мария, — обратился к Мирзоевой кто-то из профессоров, — вы знаете эту пьесу?

— Нет, это что-то джазовое, но я раньше ничего подобного не слышала. И, откровенно говоря, я бы так сыграть не смогла бы без долгих репетиций, а эта девушка… Теперь понятно, как она смогла сочинить свою «Поэму»: у нее очень хорошая школа. И, думаю, ей действительно в консерватории делать нечего, разве что преподавать…