— Пора сбегать, — говорю. — Раз уж нас не доставят к безумцу в покои, придётся пробираться к нему самостоятельно.

— Значит князь Новгородский не повесил своих работников? — спрашивает Светозара.

— Скорее всего повесил, но новых набрал из рядовичей прямо в Новгороде. А нас с вами никогда и не везли ему в услужение. Нас с самого начала хотели передать людоеду.

— Думаешь, Мартын Михайлович собирается нас съесть?

— Не мели чепухи. Скорее всего он однажды съел сердце своего врага, чтобы получить его силу, как это сделал Перун с Поревитом. А его за это навсегда окрестили людоедом. Ты же знаешь какие у нас люди живут: всё приукрашивают, всё додумывают, любые байки сочиняют.

— Я знаю, как нам сбежать, — произносит Никодим. — Доверьтесь мне.

Никодим аккуратно ползёт вбок, между толпы, едва стоящей на ногах. Людоед от нас удалился недостаточно далеко, поэтому его влияние до сих пор ощущается. Соображается туго, взгляд поднять выше уровня земли страшно. К счастью, эта сила направлена не только на пленников, но на всех людей вокруг, даже на стражников.

Сбоку от нас находится один из людей безумца в чёрной маске, преграждает нам путь на свободу.

Создаю в руке красный кинжал, Веда послушно принимает нужную форму.

Однако пускать его в ход даже не потребовалось: стражник с копьём сидит на корточках и смотрит себе под ноги, совсем не обращая внимания на окружающее. У этого типа оказалась совсем слабая воля по сравнению с остальными, поэтому мы без труда обошли его стороной и не прибили по пути.

Остальные стражники оцепления, что должны были охранять пленников, тоже либо сидят на корточках, либо на коленях, никто не смотрит поверх голов. Все борются с внутренними демонами. Удивительное дело: людоед пришёл сюда, чтобы взыскать долги с безумца и увести с собой людей. Но он же послужил причиной, по которой нам удалось так легко улизнуть.

С другой стороны, даже если бы нам не удалось сбежать сегодня, мы ушли бы в одну из ночей по пути во Владимиро-Суздальское княжество. Никто не смог бы нас удержать.

Никодим направил нас прямо в заросли кустарника, после чего мы без труда вышли из Ярославого дворища и оказались на свободе.

— Это место — что-то вроде нашего подворья, — горделиво замечает Никодим. — Когда-то это был дом князя Новгородского, а теперь место, где останавливаются богатые люди. Мы с друзьями сюда почти каждый день пробирались, чтобы в отходах покопаться. Огрызки яблочные доесть, кости высосать. Эх, старые добрые времена!

— Что делаем теперь? — спрашивает Светозара.

— То, ради чего пришли. Нашего удельного князя Фому Сивовича мы уже убили, так что на очереди следующий удельный. Великий князь Новгородский, как он сам себя кличет. В простонародии безумец.