«Я тебя слышу», — мысленно сказал я.

Ответа не последовало. Но сердце фигурки не исчезло, не погасло. Оно продолжило биться, спокойно и уверенно.

Я выдохнул, чуть разжал дрожащие от волнения пальцы. На меня все также смотрел каменный лис, приготовившийся к атаке.

Я тяжело вздохнул. Пора возвращаться в обычный мир, где меня ждали вполне земные проблемы.

Поднимаясь по ступеням, я услышал, как наверху хлопнула дверь. Послышались разговоры, а спустя несколько мгновений рядом со мной материлизовалась встревоженная Селина.

— Что там? — спросил я.

— Это Аксель, — ответила она. — С плохими новостями.

Я хмыкнул и, покачав головой, продолжил подниматься. Как-то так вышло, что у этого вервольфа получается приносить лишь худые вести.

Аксель ждал меня в каминном зале и выглядел он еще хуже, чем при нашей последней встрече. Волосы прилипли к вискам, на плаще мокрые пятна, на сапогах грязь. Лицо было мрачным и осунувшимся.

Наши взгляды встретились. В его глазах я прочитал страх и мольбу. Хм, неожиданно.

Я молча кивнул на стул, но он остался стоять. Похоже, даже не заметил моего жеста.

— Говори, — сказал я.

Он сглотнул.

— Молодняк, — тяжело выдохнул Аксель. — Те, что ждали вашего приезда и готовились к преображению. Они ушли на юг. Сами. Захотели доказать, что достойны стаи. Решили найти тех, кто убивает наши дозоры. Без приказа. Без старших.

По моей спине прокатилась холодная волна. Похоже, придется вести отряд в непогоду.

Где-то в окрестностях Сапфировой цитадели…

Лес дышал ночной сыростью, пахло мокрой землей, свежей хвоей и кровью только что разделанного кабана. У небольшого костра сидела группа молодых вервольфов — тех, кто еще не успел пройти свое первое полное Преображение, но уже считал себя воинами.

Глаза юных обооротней горели охотничьим азартом и предвкушением скорой схватки. Они смеялись, шутили, толкали друг друга.

Кабан жарился прямо на рогатине. Шкворчало сало, капало в огонь, и пламя каждый раз вспыхивало чуть выше, окрашивая лица рыжим светом.

Они ели руками, рвали полусырое мясо слегка трансформировавшимися зубами, подзадоривали друг друга и уже видели себя героями, которые вернутся домой с головами убитых врагов.

— Скуксился, — фыркнул самый крупный из них, плечистый светловолосый вервольф по имени Хальвар. Он ткнул локтем соседа и кивнул на самого младшего. — Гляньте, Эйнар опять в землю уставился. Это что за морда такая кислая? Ты же сам рвался идти!

Несколько оборотней прыснули, кто-то хохотнул громче остальных.

Самый младший, Эйнар, худощавый, темноволосый, с серыми быстрыми глазами сидел чуть в стороне, поджав ноги и грея ладони у костра. Переход был сложным. Несколько раз он чуть было не сорвался в пропасть. Но его вовремя подхватывал кто-то из товарищей. Эйнар, которого за глаза все в стае называли слабаком, устал, промок и выдохся. Мясо, которое он держал, давно остыло, но он так и не сделал ни одного укуса.