ГЛАВА 11
Страница 22 из 42
Настройки чтения
18px
1.8
1

ГЛАВА 11

Страница 22

— Знаешь, в чём штука? — продолжил он, глядя в потолок. — Я не люблю это делать. Правда. Я вообще не люблю лишнего. Лишние слова, лишние движения, лишние люди. Но иногда ничего другого не остаётся.

Сара лежала, прижавшись щекой к холодному бетону, и смотрела на него снизу вверх. Он казался огромным, размытым, нереальным. Горло горело. Голова была лёгкой и пустой, как воздушный шар.

— Где копии?

Он спросил тихо, почти лениво, но она почувствовала, как внутри что-то дёрнулось, будто дёрнули за нитку.

Банка.

Слово выплыло из тумана само, большое, яркое. Оно стояло прямо перед глазами, как вывеска. Банка из-под кофе.

Сара стиснула зубы.

— Не скажу, — прошептала она. Язык ворочался тяжело, будто был чужим.

— Скажешь.

Он снова приподнял её, усадил, прислонил к стене. Протянул бутылку. Она отвернулась. Он взял её за подбородок, повернул лицо обратно.

— Ещё немного. Тебе станет легче.

— Не станет...

— Станет.

Горлышко снова коснулось губ.

Потом она плохо помнила. Куски, обрывки, как кадры из сна. Его рука на затылке. Огонь. Смех, чей-то высокий дрожащий смех, и она не сразу поняла, что смеётся сама. Потолок, качающийся, как качели. Он что-то говорил, низко, настойчиво, и слова расплывались, теряли смысл.

— ...кому ты отдала? Скажи, и всё закончится. Просто скажи, Сара...

Она слышала свой голос, тонкий, далёкий:

— Мама.

— Что мама?

ГЛАВА 11

Её разбудил удар.

Не по телу, по двери: глухой, тяжёлый удар кулаком о металл, от которого дрогнули стены. Сара дёрнулась, села и тут же скрючилась, зажав голову руками. Мир взорвался болью. Виски пульсировали, во рту стоял вкус желчи и горелого сахара, желудок свело судорогой, а комната качалась так, будто лежала на воде.

— Вставай!

Засов лязгнул. Дверь распахнулась так резко, что ударилась о стену и отскочила обратно.

Он вошёл, и она сразу поняла: всё изменилось.

Вчерашняя усталость, дрожь, срывающийся голос исчезли. Он был собран, выбрит, в чистой рубашке, застёгнутой до горла, будто готовился к встрече. Но от этой безупречности веяло холодом, как от мороженого железа. Лицо побелело, скулы заострились. А глаза, светлые, почти прозрачные, горели таким спокойным, ровным бешенством, что Сара инстинктивно вжалась в стену.

В правой руке он держал телефон. Экраном вверх. На нём светились цифры.

— У нас два часа, — сказал он.

Голос был тихим. Ровным. Мёртвым.

— Ровно два часа. Потом сюда приедет человек, ради которого я вообще всё это затеял. И если к его приезду у меня не будет того, что нужно, мы оба пожалеем, что родились.

Сара открыла рот, но слов не нашлось. Голова раскалывалась. Хотелось пить, и умереть, и закричать.

назадназад
1 ... 20 21 22 23 24 ... 42
впередвперед