Он прекрасно понимал, что на грубую силу ему вряд ли можно положиться. «Рыцарь» в лучших традициях мести придет не один. Как говориться, «выходи один на один, если ти мужчина». По крайней мере, с парой товарищей активно переглядывается, понимающе ухмыляются. «Королева» в свою очередь тоже о чем-то шепчется с подругами, наверное, с собой приглашается поглазеть на его унижение. Получается, Марку нужно готовить шоу — яркое, незабываемое, устрашающее шоу, чтобы у них поджилки затряслись, а может и бельишко промокло.

— Значит, Великий Мариус снова выходит на сцену, — Марк в предвкушении облизнул пересохшие губы. Появился легкий мандраж, участился пульс, эйфория затопила мозг, как и всегда случалось перед представлением. Адреналиновый наркоман, и ничего с этим не поделать. — Эх, держите меня семеро… Как же я соскучился по сцене.

Глубоко задышав, парень стал себя успокаивать. Ведь, ему еще нужно было разработать план, разыграть этого здоровяка и остаться при этом целым.

— Все как и в шоу… Обмани зрителей, веди их за собой, заставь видеть то, что тебе нужно, — шептал, полностью погрузившись в себя. Прописные для каждого шоумена истины, «оживали» в его сознании, помогали выстраивать нужную картинку. — Сортир, конечно, не сцена на пятьдесят тысяч зрителей, но это все равно сцена, пусть с одним единственным зрителем. Тем лучше для меня…

Карандаш, зажатые пальцами, машинально чертил какие-то загогулины. Разные кружочки, фигурки, кривые линии покрывали страницу за страницей, страницу за страницей. Когда придумывал новые элемент своего шоу, он всегда что-то рисовал. Привычка такая.

— Он должен увидеть испуганную жертву, готовую униженно просить прощения. Знакомая картина убедит его, что все идет по плану, все хорошо, и нечего опасаться.

По-хорошему, шоу уже началось, зрители собрались и предвкушают зрелище. Он тоже начал играл самого себя, убеждая их, что боится и хочет поскорее спрятаться.

— Следующая акт шоу будет в туалете, где главного зрителя ожидает неприятный сюрприз. Интересно, а чего наш здоровячок боится больше всего? Ведь, боится же он чего-то? Что это может быть? Строгий отец? Может быть какой-то детский обидчик или злой пес, укусивший его в детстве? Подожди-ка, подожди-ка… Ведь, кажется, была какая-то история, связанная с этим Орловым… Марчик, старина, давай вспоминай.

Память «старого» Марка явно пыталась ему что-то подсказать. Правда, это были какие-то разрозненные обрывки, из которых мало что было понятно.

— Это точно было связано с его детством… Какая-то трагедия, связанная с его…