– Может, и не надо, – сказал Гриша. – Можно пойти другим путём.
Она уставилась на него:
– Каким ещё?
– Например, договориться с профессором. Иногда они бывают человечными. Особенно если пообещать, что история не выйдет наружу.
София кивнула, но было видно: в этом варианте её смущало всё, кроме шантажа.
– А если он откажет?
– Тогда придумаем новый план, – сказал Гриша. – Главное – не отчаиваться.
София, кажется, впервые за утро улыбнулась. Но улыбка была треснувшей, как остатки лака на старых перилах.
– Спасибо, – тихо сказала она. – Никто никогда не говорил мне, что необязательно быть хорошей до конца.
Вечером, когда в доме притихли все, кроме холодильника, Гриша стоял у окна в коридоре и смотрел, как по двору бродят люди: какие-то детдомовские в чужих куртках, с бутылками лимонада, а где-то во тьме, в своей комнате, затаилась София. Он знал: эта трещина не исчезнет; наоборот, завтра даст росток. Он усмехнулся. Главное – вовремя полить.
К вечеру Ситцев бурлил, как перезрелый квасной чан: если утром ещё держалась иллюзия приличия, то к концу дня в чатах, пабликах и даже на скучных родительских форумах тема Софьи Петровой перекрыла всё остальное – финансы, ремонт дорог, коммуналку. В топе городского VK-канала красовался мем: на фоне мрачно-кислотного заката Софья летела с перекрёстка, как пластмассовый Карлсон из старого мультика; лямки рюкзака болтались, а подол юбки взлетал выше всяких школьных норм. Фотошоперы тут же прицепили к ней пропеллер, а кто-то особенно изобретательный сделал гифку, где она, словно в вечном круговороте, снова и снова взлетала и падала, не долетая до земли.
Поначалу сочувствие в комментариях перевешивало желчь: писали о плохих дорогах, безответственных водителях, коррумпированных гаишниках. Но спустя три часа после происшествия кто-то из старшеклассников разглядел на стоп-кадре не только разметку, но и самую что ни на есть интимную деталь: из-под юбки, в момент пике, у пострадавшей проглядывали ажурные розовые трусики. В одночасье город забыл о несчастном случае и переключился на обсуждение: «А что, если бы это была твоя дочь?», «Умышленное обнажение – статья?» и «Вот теперь все знают, что у Петровых и нижнее бельё с претензией!». Новая волна мемов пошла по всем каналам: Софья летела уже не одна – в компании известного певца, местного депутата и даже губернатора области, который к ситуации не имел никакого отношения.
Утром следующего дня в городском телеграм-канале всплыла нарезка из полутора десятков версий той же фотографии: на одной Софья с крыльями ангела, на другой – с рогами и хвостиком, а на третьей её лицо прятал баннер «18+». Школьные учителя, безнадёжно запаздывая с реакцией, пытались удалять посты и отчитывать классных руководителей, но дети пользовались Tor-браузером лучше завуча.