Он не стал уходить далеко: остался в проходе, перекладывал каталоги и делал пометки в бланке, будто погружён в работу по самые уши. Когда дверь открылась, Маргарита и её визави первым делом оценили, насколько он близко, а потом прошли мимо, делая вид, что его не существует.
Но Григорий видел: у Маргариты дрожала рука, когда она поправляла браслет, а мужчина чуть отшатнулся, заметив его рядом.
Когда гость ушёл, Маргарита резко вернулась к нему, и голос стал, как нож:
– Ты что тут забыл после закрытия?
– Вы сами просили закончить инвентаризацию, – спокойно ответил он.
– Так быстро справился?
Он пожал плечами:
– Когда работаешь с хорошей системой, всё идёт быстрее.
Она подошла ближе, взгляд – как у эксперта, выискивающего брак в новой партии:
– Ты случайно не слышал, о чём мы говорили?
– Нет, – сказал он. – Я не подслушиваю. Только считаю.
Она всё ещё не уходила. На лицах у обоих мелькнуло одинаковое: усталость от вечной игры в прятки и желание хоть раз поговорить честно, не вытаскивая друг у друга кишки через красивую оболочку.
– Если будешь болтать – вылетишь, – прошипела она.
Он выдержал паузу, потом тихо произнёс:
– Я видел документы, Маргарита. Не думаю, что кому-то выгодно поднимать шум.
На миг её маска дала трещину: рука, привычно державшая телефон, ослабла, уголки губ дёрнулись – как у ребёнка, пойманного на мелкой краже.
– Убирайся отсюда, – сказала она. – И завтра приходи к восьми. Раньше, чем обычно.
– Конечно, – кивнул он. – Я не подведу.
Он вышел на улицу, где ночь пахла угарным газом и весенней грязью. За углом, в кафе с затхлыми шторами и липким от сахара столом, его ждала Вера. Она курила, листала на телефоне чужие новости и, увидев Григория, отложила всё в сторону.
– Ты выглядишь так, будто тебя только что выгнали из горадминистрации, – сказала она.
– Меня и правда выгнали, – усмехнулся он. – Зато теперь я знаю, как у Маргариты проходят сделки.
– Я тебя слушаю, – сказала Вера и сразу налила ему кофе, не дожидаясь подробностей.
Он рассказал, не пропуская деталей: про лысого мужчину, про нервные реплики, про документацию, которую успел сфотографировать. Про страх Маргариты, который впервые за всё время прорезался наружу – пусть и на долю секунды.
Вера слушала внимательно, ни разу не перебив, затем сделала пару пометок на салфетке – как любила ещё со студенческих лет.
– Этот тип – Зотов, – сказала она. – Своя сеть «чёрных» брокеров в Москве и Питере. Через него гонят не только камни. Если Маргарита с ним работает напрямую, она уже по уши в грязи.
– Она всегда была осторожна, – заметил Григорий. – Значит, всё совсем плохо?