Еще летом заработала домна у Кузнецке, но она пока что работала исключительно «на себя»: весь полученный в конвертерах металл отправлялся на выделку рельсов (двадцатичетырехфунтовых), из которых срочно строилась дорога до рудника. До Таштаголького рудника, который был очень «неудобным»: далеко, нормальной дороги к нему вообще не было. Но уж больно хороша там была руда, так что пока была проложена небольшая (верст в десять) дорога, по которой на конной тяге руду перевозили к ближайшей речке, а дальше ее в лодках до завода сплавляли. Это было дорого и неудобно — но печь удалось задействовать по полной, и благодаря этому появился шанс дорогу от рудника до завода к зиме все же протянуть. И вот тогда…
Впрочем, и «тогда» это заметного эффекта не даст: ну, получится вторую уже готовую (и небольшую) домну запустить, а следующим летом дотянуть рельсы и до Юрги. Но — не больше, строительство двух больших печей всяко было в текущем году не завершить, и, скорее всего, и следующим летом эти печи не заработают. Правда, Андрей предлагал там еще две «кирпичных» домны «быстренько выстроить», но все же и Саша, и — главное — инженеры-металлурги считали, что это будет просто выброшенными деньгами: по их расчетам будет куда как выгоднее за те же деньги (ну, почти за те же) еще одну большую домну поднять и буквально за год «отставание» в производстве металла наверстать…
Еще за лето в стране произошло одно важное, на Сашин взгляд, событие. То есть как раз оно «не произошло»: Фёдор Густавович Тернер, продолжая финансовую политику Вышнеградского, не ввел в России «золотой стандарт». И от этого никому хуже не стало, а стало только лучше. Валерий Кимович с молодости считал, что такой «стандарт» России был и на фиг не нужен: финансовая система действовала точно такая же, как в «Латинском валютном союзе», только на иной «базе» — и это вообще никого не напрягало. Причем и внутри страны не напрягало, и снаружи: потенциальным «иностранным инвесторам» действующая система была понятна и хорошо знакома. В свое время Витте, пользуясь безграмотностью в финансовых вопросах Николая, просто проделал изумительный трюк: рубль «подешевел» почти в полтора раза (то есть, исходя из взаимного курса золотых и серебряных денек, в одну и сорок семь сотых раза) и «иностранные инвесторы» просто скупили российскую собственность а полтора раза дешевле настоящей ее стоимости. И одновременно во столько же раз был увеличен государственный внешний долг — ну а теперь, поскольку Витте больше гадить возможности не имел, и долг остался «на прежнем уровне», и российская собственность не стала продаваться за бесценок. Правда, возникла ситуация строго противоположная: на малоэффективные устаревшие производства покупателей не появилось — но Саша это тоже счел благом: владельцы таких или вложатся в модернизацию, или… В компании он даже организовал специальный отдел, сотрудники которого занимались исключительно тем, что «изыскивали» в прессе и в «частных каналах» предложения о продаже компаний и банков. И списочек потенциальных приобретений выглядел уже довольно внушительно — но пока нынешние владельцы слишком уж высокие цены ломили. Ну да ничего, со временем и они одумаются.