— Симеон, твой анализ ныне гораздо глубже и выглядит обоснованнее, чем прежде. Отчего так?
— Всё просто объясняется, Павел Петрович. Во-первых произошли допонительные события в самой Франции. Они позволили углубить анализ. Во-вторых, через знакомых купцов я получаю свежую информацию о настроениях в обществе. Причём не среди власть имущих, а внутри масс простых людей.
— Так, что России со всем этим делать, как ты думаешь? Может заключить с французами договор, чтобы впоследствии они нас не трогали?
— Договор не поможет. Они с нашей помощью быстрее завоюют Европу, а значит быстрее и легче до нас доберутся. И не вспомнят о нашем сотрудничестве.
Принц, пока не имеющий возможности стать императором, всё равно радел за Россию. И всерьёз воспринимал мои откровения, как нечто само собой разумеющееся. Храповицкий точно так же был настроен, давно не воспринимающий меня, как юнца.
— А может Европе помочь бороться с французами?
— Нет, Павел Петрович, это тоже не выход. Сейчас имеет смысл отложить в сторону благородство и использовать момент в развитии России. Воюющие стороны будут нуждаться в нашем сырье и продовольствии гораздо больше. Значит можно будет ещё приподнять цены, чтобы увеличить поступления в бюджет. И оставаться в стороне от военных действий, укрепляя оборону страны.
От Франции мы перебрались к Польше и к грядущей кампании. Наказать соседа, оттяпав часть его земель, считается святым делом. Вопрос обычно решается вводом армии победителя во вражескую столицу.
— Может лучше оставить Варшаву в покое? Зачем нам вечная смута в такой дали?
— Не знаю, Симеон, но так принято. Не оставлять же её кому-нибудь другому.
— В эту войну, раз уж приспичило, можно обойтись частью польских земель. На юг до Припяти по всей её длине, чтобы выйти к Западному Бугу и именно по нему сделаем будущую вечную границу с Европой.
Пришлось порассуждать об удобстве водных преград в целях обороны своих границ.
— От Бреста можно сделать сухопутную границу на север до Мемеля. Сам Мемель тоже станет пограничной рекой. Соответствующие карты я уже подготовил, могу прислать вам.
— Но как тогда быть с соглашениями с Австрией и Пруссией?
Павел вообще-то противник разделения Польши, но пока не может этому противиться. Поэтому пытается найти выход для себя лично, то бишь, для своей морали.
— Завоевав свою часть, мы укрепим границы и просто больше не будем тревожить поляков. Тем более что Литва тоже не их коронные земли.
Теперь финальная часть моего стратегического плана.
— Австрии и Пруссии предстоит долгие годы воевать с Францией. Так что, забрав своё, просто оставим им все головные боли связанные с поляками. Иначе воевать придётся всё равно нам, а они за просто так отхватят себе солидные части польских земель.