И всё бы хорошо, но Храповицкого с его дамой сердца пригласили на рождественский бал. Меня, слава богу, оставили в покое (во избежание). С удовольствием сам себе покукую.
Рождество состоит из вечера, когда нужно восхищаться вертепом и его обитателями, и последующим днём. Александр Васильевич, вернувшись, рассказал о красочности и затейливости фейерверков, а заодно и о нравах двора. Такое впечатление, что слово «мораль» выбыло из лексикона за ненадобностью.
Впрочем меня сиё мало интересовало, главное чтобы новые вводные не подкинули.
— Семён Афанасьевич, теперь до конца января никому ни до чего дела не будет. Отдыхайте и вы, позабудьте на месяц о своих заботах.
Ну, как же, тут позабудешь. Во-первых, хочу нормально Новый год встретить. Во-вторых, нужно опробовать «китайский» порох, мою пулю и последнюю разновидность «кузьмичёвки». Так что придётся терпеть, сцепив зубы, пока другие будут отдыхать до посинения.
Ближе к концу января, прибывший Валериан Зубов порадовал всех взятием Измаила. Фактически это ставит точку в русско-турецкой войне и наступит черед дипломатов заняться многими согласованиями. Валериан предупредил, что весной приедет Потёмкин, а может быть и Суворов.
Вот я и хочу нашу модернизированную винтовку репрезентовать грандам военного дела. И не только её, но и ракетную установку для ведения контрбатарейной борьбы. Угол стрельбы очень высок, да и ракеты специфической формы, хоть и поджигательные. В любом редуте имеются мешки с порохом, которые прекрасно возгораются, оставляя орудия без зелья. По сути, это миномёт. Дальность в несколько сот шагов, можно из-за какой-нибудь сопки стрелять или из заранее подготовленной ямы.
Так что военных авторитетов будет ждать сюрприз, возможно и ненужный, ибо очень дорогой.
Короткая справка (опубликована в январе 2023 года)
«…Одним из типичных "героев» России стал некий Семён Афанасьевич Великий, родившийся в 1772 году. Точное происхождение неизвестно, но явный российский бастард. Учился в школе для детей прислуги. Затем закончил Морской кадетский корпус и недолго служил во флоте. В первом же морском сражении в 1790 году был, якобы, ранен и сославшись на потерю памяти сбежал в отставку.
Начал свою чёрную деятельность, выехав в личное поместье, где моментально ввёл полную барщину, в то время, как в Европе шли процессы демократизации сельского населения. Его крепостные работали за гроши и некий «продуктовый паёк». Можно лишь представить, как они голодали. Недовольных целыми семьями продавал налево и направо. Соседскому помещику Клюеву, добродушному весельчаку и любимцу уезда, Симеон отрубил руку. Яна Полянского, возмутившегося беспределом, он просто разрубил наискось в порыве гнева.