— Винтовка?
— «Баррет» M82A1. Калибр двенадцать и семь. Полуавтомат, магазин десять патронов. Оптика Leupold, дальность полторы тысячи метров. Глушитель в комплекте. Ждёт в тайнике.
— Где тайник?
Крид достал из кармана листок бумаги, протянул. Адрес, код от подъезда, номер квартиры, ключ под ковриком.
— Квартира съёмная, пустая. Седьмой этаж, окно на юг. Прямая видимость на ресторан, четыреста метров. Винтовка в шкафу, под одеялами. Боеприпасы там же. После выстрела — бросить винтовку, уйти через чёрный ход, спуститься по пожарной лестнице. Машина на соседней улице, ключи под козырьком, документы в бардачке. Едешь на окраину, бросаешь машину, берёшь такси в центр, исчезаешь.
— План побега детальный.
— Заказчик профессионал. Всё продумано. Твоя задача — выстрел. Остальное организовано.
Дюбуа молчал, думал. Пятнадцать тысяч евро. Хорошие деньги. Контракт в Зоне приносил такие же за месяц работы, риска, смерти товарищей. Здесь один выстрел, несколько часов работы, минимальный риск.
Но это киллерство. Убийство по заказу. Не война, не защита. Просто бизнес. Кто-то платит, кто-то умирает.
Он вспомнил Лебедева: «Мы не монстры. Мы профессионалы. Делаем работу за деньги». Верно. Профессионалы. Солдат стреляет по приказу, киллер по контракту. Разница только в бумагах.
Вспомнил Олю. Бирюзовые волосы, медовые глаза, улыбка искренняя. Вчера гуляли по Киеву, она показывала город, он читал стихи. Сегодня убьёт человека в этом же городе. За деньги.
Парадокс. Но жизнь полна парадоксов. Вчера воробей, сегодня волк. Вчера стихи, сегодня пуля. Ничего нового.
— Почему я? — спросил Пьер. — В Киеве полно киллеров местных. Дешевле, быстрее, знают город.
Крид усмехнулся.
— Потому что ты лучший. Семьдесят подтверждённых в легионе. Плюс двадцать пять зомби в госпитале. Холодная голова, твёрдая рука. И главное — ты чужой. Не местный, не связан с политикой, не оставишь следов. Выстрелишь, уедешь, забудешь. Идеальный исполнитель.
Легионер смотрел на фотографию. Петренко. Толстый, продажный, пророссийский. Заказчик хочет его смерти. Платит пятнадцать тысяч евро. Чисто, быстро, профессионально.
Есть причина отказаться? Моральная? Политик продажный, вреда приносит больше чем пользы. Законная? Убийство незаконно всегда, контракт или нет. Личная? Нет. Петренко ему ничего не сделал, но и Дюбуа ему ничего не должен.
Нет причин отказаться. Кроме одной — Оля. Девушка с бирюзовыми волосами, которая заставила почувствовать себя человеком. Живым. Если убьёт Петренко, станет снова машиной. Функцией. Волком.
Но он и есть волк. Всегда был. Оля не изменит этого. Один день стихов не перевешивает тринадцать лет войны. Воробей пел, волк слушал. Приятно. Но волк остаётся волком.