Но когда я у нее попросил объяснений, она — снова вспомнив кучу очень неприятных животных, сказала, что заказанный пресс (который уже более чем наполовину был сделан) решил себе забрать товарищ Славский — а Николай Александрович приказ о передаче этого пресса в Средмаш подписал. А вот о возврате уже выплаченных Ивановскому заводу денег за этот пресс никто даже и говорить не хотел: мол, все мы одно дело делаем и деньги вообще государственные. Ну конечно, подумаешь, какие-то там даже не тридцать миллионов, а всего двадцать девять…
Но товарищ Коробова ведь не просто бухгалтером была, а кандидатом физматнаук, к тому же уже освоившей одну из моих «аналитических» программ — так что к Сталину она поехала даже не жаловаться, а сообщать о «самоуправстве, наносящем огромный вред советской экономике»: этот пресс на самом деле Славскому вообще некуда было поставить и он рассчитывал, что его как раз на Ижорском заводе смогут пристроить для ускорения сроков производства изделий для Средмаша. Однако по расчетам Минместпрома там его будут «пристраивать» года четыре: все же на заводе просто свободного места не было, а строить новый корпус — так там не только пресс втыкать нужно будет, так еще и кучу печей для подготовки слитков для поковки выстроить придется. То есть товарищ Славский просто воспользовался поводом для оправдания того, что «изделия поступают с огромным опозданием», сваливая проблемы с предприятий Средмаша на «неповоротливых смежников». И вроде бы товарищ Сталин к доводам Зинаиды Михайловны прислушался — но во что это выльется, было еще совершенно непонятно: с момента разговора времени-то всего чуть больше недели прошло.
Но вот все остальное — кроме этого пресса, конечно — уже на Горьковских заводах делалось и даже кое-что и сделаться успело. И в Выксе в новом, только что выстроенном цеху — начался монтаж огромного уже токарного станка, на котором корпус реактора можно было вообще целиком обтачивать. А он таких денег стоил, что на быстрое восстановление «фонда Шарлатана» и рассчитывать не приходилось. Однако это только «в рублях» не приходилось, а вот если я придумаю, как валюту заработать, то денежки для оснащения новых заводов зарубежным оборудованием у меня точно появятся. Потому что если Иосиф Виссарионович сказал «попробую», то это уже гарантия того, что все именно так и будет: все же его авторитет был достаточен, чтобы любую его «просьбу» люди воспринимали в качестве приказа, вообще обсуждению не подлежащего. И мне осталось лишь придумать, что бы такого буржуям продать много и дорого… хотя тут и думать было особо нечего. Жалко только, что диодные осветительные лампочки, производство которых налаживалось весьма успешно на заводе в Ваде, уже попали в планы «экспортных поставок» и с них мне уже ничего не обломится…