— Серый, что у нас с Аленой было?
— Ага, — разглядев мой вытянутый фейс, новый приятель хохотнул. — Ну ты силен. Заарканил ведь девку. Нельзя с тобой на танцы ходить.
— Серый, я серьезно.
— Да утащили ее подруги домой вдрызг пьяную. Но целовались вы уже взасос. Аж завидно стало.
— Да ну тебя!
— А нечего от коллектива отрываться. Пил бы вино, все помнил.
Не так все страшно оказалось, как мне думалось. К концу двух недель после начала учебы я вполне влился в коллектив 10 «А» класса и начал осматриваться в поисках рычагов воздействия для продвижения себя любимого вперед. Мое недопонимание в некоторых вопросах товарищества и внутренней жизни класса, то есть я не всех узнавал или забыл о взятых некогда обязательствах, благополучно разрешал Илья, запустив слух о моем ударе башкой. Сотрясение мозга мне официально никто не диагностировал, потому что это поставило бы крест на многом. Но для отмазки в среде школяров хватило.
В свете набирающих ускорение школьных событий мои косяки быстро забывались. Класс выпускной и впереди маячила череда непростых экзаменов, да и просто многим хотелось последний школьный год провести на полную катушку. Мы старшие в школе и этим все сказано. Нам побаиваются школяры. К нашему мнению прислушиваются учители и даже директор. Ну и поручения дают уже совсем не детские. Эх, жаль, что не бывает два или три десятых класса! Так бы этот переходный опыт помог в будущем.
Настолько был разным он у школяра или студента. Только что ты был мелким и тебя опекали, как в какой-то момент считаешься взрослым и всем должен. Особенно военкомату! Там тебе дают в руки боевое оружие и какие-то старперы с большими звездами могут послать умирать на никому не нужную войну. А после — мы тебя знать не знаем, руки в брюки. Нет, долг Родине я тогда отдал сполна. Так что сейчас будут грызть себе дорогу в ином направлении.
Если в прошлой жизни я учился во вполне обычной школе, что располагалась на рабочей окраине, то наше учебное заведение находилось в центре областного города. Что накладывало на нее некоторые черты элитарности. Здесь было полно «сталинок» и более нового жилья «индивидуальных» проектов, в которых жили люди непростые. На самом деле в СССР все годы существовала жесткая сегрегация. Нет, всем было дело до всех, даже чересчур. И помочь могли в беде или закопать. Но власть и общество с юности жестко ранжировало часть будущих граждан по разряду таких качеств, как желание учиться, добиваться поставленной цели, участие в социализации и степени развитости здорового пофигизма.