– Можете садиться, куда удобно. Отправляемся через десять минут. Багаж уберите под
сиденье, места для него там хватит. Счастливого пути.
– Спасибо вам, – улыбнулась ему Эля и отошла.
Возле лестницы она нерешительно замерла. Как подняться вообще на такую махину, когда
в ногах мешается длинная юбка, а одна рука занята саквояжем?
– Позвольте вам помочь, – предложил уже знакомый Эле мужчина, работник почтовой
станции.
Перехватив саквояж, он подал ей ладонь, предлагая опереться о него. Эля не стала
отказываться от помощи: схватившись за подставленную руку, она забралась наверх.
Забрав сумку, девушка прошла в салон и села ближе к вознице. Внутри никого не
оказалось, и Эля решила сделать то, о чем не подумала раньше. Это было большой
ошибкой с ее стороны: сказывалось ложное ощущение безопасности, взращенное с малых
лет тепличными условиями двадцать первого века.
Вытащив увесистый кошель из кармана, Эля вынула несколько монет и спрятала их по
внутренним карманам платья, какие только удалось найти. Сам кожаный мешочек она
предпочла убрать в саквояж. Как успела понять девушка, все артефакты дядюшки были
перенастроены на нее, как на наследницу. А значит если кто-то решит украсть ее вещи,
то они непременно вернутся к ней. Следовательно, деньги лучше хранить не в банке, а
в саквояже. В крайнем случае сгодится и тот жуткий манекен, которого зачем-то туда
спрятал Антипка. Эля чуть со страха не померла, когда увидела чье-то лицо, заглянув
в сумку в поиске чего-то. Но доставать жуткую находку она не стала: кто знает, что
может пригодиться на новом месте. Этим хоть гостей незваных отпугнуть можно будет.
Глава 16.
Первая остановка была через час. К удивлению Эли больше никто в дилижанс не поднялся,
только несколько мужчин в форме загрузили какие-то ящики, задвинув их к стене
напротив нее, и тут же ушли. По пути девушка подумала, что надо бы замаскироваться:
мало ли, вдруг все же искать ее будут. А так есть небольшие шансы, что ее никто не
узнает.
В комнате Эллейны она нашла небольшую коробку с косметикой и маленьким зеркальцем. С
его помощью Эля кое как выбелила лицо пудрой, которая пахла как обычная детская
присыпка, а потом подкрасила брови угольком и попыталась придать лицу румянец с
помощью розовой помады, что лежала не в привычном узком флакончике, а в круглой
баночке. Такие еще детям дарили в ее мире. После этого она, настороженно поглядывая
на оконце возницы, достала из саквояжа полностью черное платье, в котором Эллейна
ходила на похороны дядюшки, а после узорный платок и вуаль. С трудом, но смогла на