нашла ничего, что было бы похоже на поленья или хотя бы угли. Задумчиво замерев
возле печи, Эля осторожно коснулась железной дверцы.
– Ну и как же тебя зажечь? – спросила она вслух, и тут же с пальцев сорвались розовые
искры, которые впитали в себя знаки.
Испуганно ойкнув, Эля отскочила в сторону, поскользнулась на чем-то и начала
заваливаться вниз. Не глядя ухватилась за первое же, что попалось под руку. И
грохотом упала на пол. Рядом с гулким звоном покатилась сковородка, которую она
случайно сняла.
Эля громко и от души высказала все, что думает по поводу сложившейся ситуации. Рядом
кто-то уважительно присвистнул, и девушка замерла. Здесь был кто-то еще, кого она не
заметила, когда зашла на кухню?
Глава 4.
– Что ж ты, хозяйка новая, такая растяпа-то? – проворчал голос, и Эля повернулась на
звук.
С другой стороны печи на перевернутом ведре сидел маленький человечек. Возможно, в ее
родном мире его назвали бы домовым. Но кем он был в этом – Эля не имела ни малейшего
понятия.
– А ты кто таков будешь? – как можно более сурово спросила девушка, осторожно
поднимаясь на ноги.
– Я Антипка, местный дух. За домом вот присматриваю.
– А почему я раньше тебя не видела? – подозрительно спросила Эля. – Я всю кухню вдоль
и поперек облазила, пока искала чем печь затопить.
– Так не могла, – пожал он плечами.
– А потом головой ударилась, и галлюцинации начались, – понятливо кивнула Эля.
– Галю кто? – переспросил Антипка, нахмурив кустистые брови. – Ты по-нашенски
выражайся, хозяйка, а то не поймем тебя.
– По-вашенски это как? – хмыкнула Эля.
– Понятно, без словечек заумных, – с готовностью пояснил Антипка. – Мы домовые
простые, в инштитутах ваших не учились.
Эля вздохнула и нагнулась, чтобы поднять сковороду. Поднимаясь, увидела между дверцей
и кирпичной кладкой печи языки огня. Она смогла ее зажечь? Но как? Неужели с помощью
тех искр?
– Скажи, Антипка, – обратилась к домовому Эля, – а как эту печь разжечь?
Брови Антипки удивленно поползли вверх.
– А то ж не знаешь? Или совсем от воды озерной разум потеряла?
– Да похоже на то, – в тон ему ответила Эля. – Не помню ничего совершенно.
– Вот ведь бедовая, – вздохнул человечек, покачав головой. – И что же, совсем
ничегошеньки не помнишь? Даже имя свое?
– Эллейна? – неуверенно спросила Эля, не желая выдавать себя.
Кто знает, как здесь к иномирянкам относятся?
– Ох, горюшко, – запричитал домовой. – Как тебе теперь вспомнить-то все? Как жить?
Почитай все сызнова начинай.
– Так ты расскажи, что знаешь, а дальше я уж как-нибудь, – попросила Эля.
Она прекрасно понимала, что без информации в новом мире никак не справиться. А тут уж