Наступала грозная броня.

И летели наземь самураи,

Под напором стали и огня.

И добили — песня в том порука —

Всех врагов в атаке огневой

Пять гвардейцев — пять веселых братьев

Экипаж машины боевой!

Меня, кстати, за эту песню чуть ли не на руках качали, поскольку по сравнению с таковыми прочих гвардейских полков, она действительно брала за душу и наглядно демонстрировала удаль нашего полка. Ту самую удаль, показать которую нам ещё только предстояло грядущей зимой.

Почему зимой? Да потому что ранее сентября-октября выдвинуться на фронт мы не сможем совершенно точно. Всей потребной техники банально не окажется в наличии, да и полк мы сильно сборный. Каждый из четырёх лейб-гвардии стрелковых батальонов выделил на наше формирование по одной роте, которые и начали срочно развёртывать в батальоны. Так что нам ещё сбиваться и сбиваться в нечто цельное и боеспособное.

Плюс мы с папа́ сразу же предупредили кого надо, что броневик в тех краях сможет нормально действовать лишь летом или же зимой, когда грунт либо сухой, либо промёрзший на достаточную глубину, как и многочисленные мелкие речушки. Благо снега в Маньчжурии обычно выпадало совсем немного. По нашим-то мерками — вообще сущий мизер. Потому встретить глубокие сугробы практически не представлялось возможным. Так что с цепями противоскольжения на колёсах машины там вполне себе могли действовать в полной мере.

Куда больше опасений у нас вызывала возможность организации бесперебойного снабжения топливом и маслами на столь удалённом театре боевых действий, куда поезда и так шли сплошным потоком, отчего случались заторы с длительными простоями многих грузов. Всё же моторная техника — это вам не лошадки. На подножном корме действовать не сможет.

Вот под такие мысли, время от времени прерываемые песней, мы и добрались до выбранного места упокоения бычка. И скажу вам честно — это был настоящий ад. Пусть Солнце в наших столичных краях жарило далеко не столь сильно, как, к примеру, на югах, нам всё равно хватило. И ведь это был даже не марш-бросок, а обычный пеший марш на жалкие 3 версты!

Но готов поклясться на чём угодно и чем угодно, за это время вес моего стального нагрудника, как минимум, удвоился, если не утроился. Кого-то из менее выносливых или словивших тепловой удар солдат даже поддерживали под руки сослуживцы, чтобы только те не выпали из общего строя. Я и сам, должно быть, сбросил килограмм-другой одним только вышедшим из меня потом. Зато сразу понял, что переход в штыковую атаку с 500 или даже с 300 шагов — для нас попросту невозможен. С таким весом мы банально сдохнем ещё до того, как доберемся до противника. Ведь плотно зафиксированный на теле нагрудник с демпферной прокладкой вдобавок очень сильно мешал вентиляции, отчего в нем не надо было даже двигаться, чтобы начинать безбожно потеть.