Они, конечно, с одной стороны вынуждены были выносить определённые тяготы службы. Тот же сон на деревянных нарах, укрывшись шинелью лично мне, ни здоровья, ни настроения не прибавлял. Да и завтрак хотелось бы иметь так-то, а то к обеду уже абсолютно все готовы были грызть свои ремни, столь сильно начинало сводить живот.

С другой же стороны, не только обязанности, но и права военнослужащих тут соблюдались чётко. То есть народ реально знал свои права и внимательно следил за тем, как бы их даже на самой мелочи не обсчитали. И даже те рассказы советских времен, о том, что офицеры пропивали или просаживали в карты полковые деньги, тем самым оставляя солдат голодными и холодными, являлись далёкими от правды побасёнками.

Да, порой случались и подобные эксцессы. Но деньги эти после возмещались из полковой же казны, чтоб только солдаты не подняли бучу. И вообще очень немалая часть финансово-экономической жизни роты находилась в руках унтер-офицеров и выборных из числа рядовых. Центральное снабжение было только мукой и крупами. Всё же прочее продовольствие выборные сами закупали на местах, одновременно реализуя излишки той же муки, что образовывались постоянно.

Наша рота, конечно, питалась получше многих. Как-никак аж брат царя в командирах, да и моя семья не поскупилась подкинуть деньжат. Но и все остальные уж точно не пухли с голодухи, если только сами же не профукивали выделяемые им средства. Вот так тут и тянули солдатскую лямку.

— Песню запевай! — гаркнул, что было сил генерал-майор Романов Сергей Михайлович, удостоверившись, что мы все, поднатужившись, двинулись в «скорбный путь».

Песня, кстати, тоже моя. Точнее мною очень удачно припомненная и совершенно честно украденная. Тут ведь каждому гвардейскому полку полагалась своя уникальная песня, вот я и расстарался в угоду великому князю. Причём расстарался очень удачно. Довольны были все, ибо попал чётко в тему. Её-то мы и грянули вразнобой. Уж как смогли.

На границе тучи ходят хмуро,

Край суровый тишиной объят.

У высоких берегов Амура

Часовые Родины стоят.

Там врагу заслон поставлен прочный,

Там стоит, отважен и силен,

У границ земли дальневосточной

Полк гвардейский, полк наш броневой.

Служим мы — и песня в том порука

Нерушимой, крепкою семьей

Пять гвардейцев — пять веселых братьев

Экипаж машины боевой.

На траву легла роса густая,

Полегли туманы, широки.

В эту ночь решили самураи

Перейти границу у реки.

Но разведка доложила точно:

И пошел, командою взметён,

По родной земле дальневосточной

Полк гвардейский, полк наш броневой.

Мчались бойко, ветер подымая,