Уж не помню за очень большой давностью лет, в чём там была причина того трагического взрыва, но то, что вице-адмирал погиб со своим флагманским кораблем — эта информация у меня в голове обнаружилась. Причём погиб довольно скоро после начала войны. То есть ожидать чего-либо подобного следовало в ближайшие 2 — 3 месяца, если не раньше.

В том числе по этой причине я и находился сейчас здесь — на беседе с вице-адмиралом, а не ехал на поезде в Санкт-Петербург, где также имелось очень много забот и хлопот, требующих нашего с папа́ непосредственного участия и самого пристального внимания.

— Хм. Немалая сумма. Очень немалая, — кинув вопросительный взгляд на моего отца и получив с его стороны точно такой же подтверждающий кивок, Макаров принялся в задумчивости барабанить пальцами по столешнице.

Ему, конечно, и прежде доводилось иметь дело с большими деньгами. Причём с куда бо́льшими, нежели сейчас предлагали мы. Но никогда прежде ему не позволялось тратить такие суммы исключительно по своему усмотрению и без всяких проволочек!

Это подкупало! А также изрядно развязывало руки во многих делах. Ведь самое первое, с чем столкнулся вице-адмирал, прибыв на Дальний Восток, стало даже не молчаливое сопротивление всем его начинаниям со стороны местных офицеров и адмиралов мирного времени, которые вообще не желали менять былого подхода к несению службы, а активное противодействие со стороны Главного морского штаба и Морского министерства! То есть тех, кто его сюда же и послал командовать!

Центральные органы управления всей жизнью Российского Императорского Флота раз за разом торпедировали все его запросы и решения, вплоть до вынесения запрета на печать всего-то полутысячи экземпляров книги «Рассуждения по вопросам морской тактики» для раздачи офицерам кораблей, которые прежде подобную книжицу и в глаза-то не видели. Хотя впервые она была выпущена ещё в 1897 году специально для них. Но, увы, активно учились по ней лишь… офицеры японского флота!

А уж как на Макарова взъелись все «свои люди» за то, что он личными приказами принялся снимать с командования кораблями самых неспособных капитанов и ставить на их место тех, кто действительно готов был воевать, а не просто тянуть лямку службы! Какие только угрозы на его голову ни сыпались из-за этого, как со стороны наместника императора на Дальнем Востоке, так и из столицы! И лишь когда он, психанув, заявил всем и каждому, что снимет с себя командование флотом и отойдёт в сторонку, чтобы далее просто смотреть, как всех остальных уничтожают японцы, от него, наконец, отстали. Становиться козлом отпущения вместо Макарова не захотел никто. Ведь все, кто надо, понимали истинное положение эскадры в Порт-Артуре.