К концу октября практически вся территория КНДР перешла под контроль войск ООН, ими были заняты отдельные участки побережья пограничных с Китаем рек Туманган и Ялуцзян.
Всего этого я не знал. Источник информации в виде полковника Чернова у меня исчез, а новый — не появился.
Доступная мне пресса о ходе войны практически не сообщала. Монах… событиями, происходящими в мире не интересовался, поэтому ничего мне рассказать не мог.
Пару раз я его о войне в Корее спрашивал, но он только несколько недоуменно на меня смотрел.
Корея?
Какая ещё Корея?
Никакого дела ему до войны в соседней стране не было.
Даже о том, что вступила в войну армейская группировка КНР, мне стало известно позже.
Я — чудо-снадобье из бабочек готовил. Исходного материала для этого нужно было много, поэтому мы с монахом ежедневно за ним и ходили. Он неизвестным мне образом бабочек приманивал, а я их двумя руками с земли сгребал.
Гимнастерку мне сейчас уже не было необходимости с себя снимать. Мешки для бабочек у меня имелись в достаточном количестве.
Вот со спиртом назревала проблема. Много-то его у меня было много, но не беспредельно.
После отлета соколов Чернова спирт мне больше не выдавали, а ещё и его целая пятилитровая стеклянная бутыль с притертой пробкой пропала. Как будто в воздухе бесследно растворилась. Причем — без пены и пузырей.
Сказалось моё постоянное отсутствие в медицинским пункте, да и замков на входе в него не имелось. Заходи кто угодно и бери чего хочешь. Вот кто-то и зашел…
Часовые на периметре аэродрома клялись и божились, что никто чужой на его территорию не проникал.
Свои спирт умыкнули?
Да ну… Не могли такого сделать советские военнослужащие.
Вывод — переместился он в параллельную реальность. Больше ему деться некуда.
Но, если сказать прямо — обворовали меня. Никогда такого не было, а вот тут, в самый неподходящий момент, это и произошло.
Так вот, ходили мы за бабочками. Причем, каждый день немного в другое место. Монах их словно по квадратам приманивал. Вычистит одну территорию и за другую принимается. Силы его, так я понимаю, были не безграничны.
— Всё. Рядом их больше нет.
Так мне было объявлено моим добровольным помощником в один из вечеров.
— Далеко надо теперь идти.
Далеко? А, сейчас, что — близко? Сегодня дорога до места сбора бабочек почти три часа забрала. Ещё и обратно надо вернуться…
— За реку нужно перебираться… — продолжал бомбардировать меня информацией монах. Что-то его нынешним вечером как прорвало…
— Пока хватит, — прервал я его мыслеречь.
У меня всё равно больше спирта не было. Ещё и часть банок, где бабочки настаивались, пришлось отбраковать. Муть какая-то в них возникла. Не должно было её там появиться, а — появилась.