Где монах? Откуда я знаю! Был и нет его. Бродит дорогами войны…
Испытал препарат на себе как настоящий советский человек, чтобы дорогое время у занятых важными делами людей зря не тратить. Вот сейчас, Николай Васильевич и сообщаю об этом.
Если так оно и есть, как тот монах говорил, то — берите и пользуйтесь на благо. Тем же нашим летчикам препарат очень нужен, так как фенамин далеко не безобиден. Это я Вам, Николай Васильевич, как военный медик говорю. Пусть американцы свой бензедрин глотают, а нам бабочковая настойка помогать будет. Японский филопон, что нам с трофеями достался, тоже применять не лучший выход…
Глава 13 Переборщил…
— Двадцать девять, тридцать…
Шепотом, едва слышно, я отсчитывал капельки, падающие в чайную ложку.
Почему шепотом? Так, происходящее — дело-то тайное, никому о нем знать пока не надо.
— Тридцать три, тридцать четыре, тридцать пять…
Я продолжаю свои опыты. Сегодня у меня — сорок капель бабочковой настойки.
— Тридцать девять, сорок.
Всё.
Достаточно.
На большее в настоящий момент замахиваться не будем…
Пока всё идет нормально, нужный эффект возникает, отрицательного последействия нет. Хватает препарата на десять часов.
Почему я увеличиваю дозу? А вдруг что-то более хорошее получаться будет?
Что?
Кто его знает…
Когда увеличение количества принятого препарата дает качественно новый эффект, ожидать можно чего угодно.
И — хорошего, и — плохого.
Здесь главное — не переборщить.
На нашем аэродроме нынче опять тишь да гладь. Начались вылеты, но похоже — пока не боевые.
Или — боевые? Лётчики на МиГах в воздушное пространство Кореи пока не забираются, патрулируют только в районе китайской границы. Летают над зоной противовоздушной обороны с целью перехвата и уничтожения вражеских самолётов до того, как они достигнут своей цели.
Цели у американцев — мосты. Их наши сверху и прикрывают.
Наверное, всё же эти вылеты можно считать боевыми, хоть советские летчики и не стреляют по противнику…
Вот, опять…
Это ещё одно действие бабочковой настойки. После её приема на всякие-разные рассуждения пробивает.
Раньше такого за собой я не замечал, а теперь — самым настоящим философом становлюсь, любомудрствую во всю матушку.
— Что-то доктор у нас плохо кушает. — притворно вздохнула Мария-повариха. Колыхнула при этом своим богатством и гордостью. Коровьими глазами меня буквально раздела до состояния, в котором я на свет появился.
Да, есть такое…
Кормят в ВВС сытно и вкусно, меня в том числе. Раньше я частенько за добавкой подходил, а сейчас, после начала моих фармацевтических изысканий, аппетит у меня пропал. Необходимое количество жиров, белков и углеводом, а также прочего, я буквально в себя вталкиваю насильственным образом. Какая уж тут добавка…