Худенькие китайцы, питаются плохо, сил у них мало. Поэтому…
— Так, правильно, он — лежит, а ты ему винтовку под лопатки и засунул. Да не ровняй! Можно немного и косенько. Сейчас ремень её на грудь ему перекинь. Вот. Теперь руки его из-под ремня выпростай и сделай так, чтобы они поверх ремня были. Видишь? Ремень на груди и к винтовке подмышками уходит, а сами руки поверх ремня. Тяни сейчас за винтовку. Вот, вот. Легче так? То-то и оно. Это по ровному месту, а если тебе его надо из окопа достать — так же делай…
Я рассказываю и показываю, а переводчик по-китайски синхронно за мной повторяет. Его нам только на час выделяют, поэтому я планирую его использование только для того, когда на пальцах что-то объяснить не получается. Нет, и это можно было только показать, но с объяснением до наших китайских друзей доходит как-то лучше.
Санинструкторы у меня хоть и не нынешнего года выпуска, но они реального боевого опыта не имеют. Тут только чуть-чуть нахватались.
Вот и приходиться мне своим делиться.
— Стой! Не так! Как я показывал? — то и дело приходится останавливать мне своих теперешних учеников.
Ничего, ни у кого с первого раза всё отлично не получается. Сто раз повторят и лучше меня делать будут.
Так прошел сентябрь.
За ним — октябрь.
Ноябрь…
Начался декабрь, пора уже к новогодним праздникам готовиться, а мы всё ещё в Китае. Танкисты не сильно веселы, но демобилизация, она — не по желанию, а по приказу.
Я сижу, чай пью, а тут — посыльный.
— Товарищ старший лейтенант, к комбату.
Ладно, иду. Чай не водка — много не выпьешь…
В палатке командира батальона за столом расположился незнакомый мне капитан. Глаза — цепкие какие-то. Сам, крепкий, видно, что очень сильный.
— Александр Ильич Котов?
— Так точно.
Капитан кивнул и в листок бумаги, что перед ним на столе лежал, посмотрел.
Глава 30 Вот оно как!
— Александр Ильич Котов?
Меня даже в жар бросило.
— Так точно.
Мой ответ занял всего пару секунд, но за это время моя дремавшая фобия встрепенулась, вытаращила глаза, начала увеличиваться и скоро ей черепной коробки стало мало. Неконтролируемый страх начал разливаться по телу…
Капитан кивнул и в листок бумаги, что перед ним на столе лежал, посмотрел. Затем, по одной из строк, что на листочке имелись, ещё и пальцем провел.
Что, нашли меня? Выявили того, кто Шванвичу письма отсылал?
— Александр Ильич, Александр Ильич… — тихо пробормотал себе под нос капитан. Однако, эти едва слышные окружающим слова, для меня прозвучали набатом. — Старший лейтенант медицинской службы…
Капитан карандашиком сделал на своем листе галочку. Как раз напротив строки, по которой он до этого водил пальцем.