Коллеги-летуны, извините за просторечие, его к себе хотели забрать, но в нашем медсанбате у него любовь случилась. После чего Василия Чернова от нас было ломом не выкорчевать. Нет, своё лечение он не затягивал, выписался как положено в срок, но никуда в другое место для восстановления здоровья не перевелся.
Тут, гляжу — знакомое лицо.
Летчик, тоже лоб морщит, вспоминает, где он этого явно русского парня, то есть — меня, в форме НОАК видел.
— Да я, это, я, Василий!
— Саня! — раскинул руки в стороны летчик.
Оказался он тут в составе советских советников, помогающих НОАК. Если прямо сказать — никому он ничего здесь не советовал. Как летал, так и летать продолжал, совершал боевые вылеты.
— Как сам? — это уже был вопрос ко мне.
— По-всякому, — я рассказал старому знакомцу о своем житье.
— Да, ты, что! Целый медицинский капитан и в интендантах! — удивился подполковник Чернов.
— Всякую работу надо делать… — в моём голосе всё же проскользнула грустинка и Василий это заметил.
— Слушай, давай я тебя к себе заберу. Смогу договориться.
Ну, как обычно… Через свата, брата и друга сердечного у нас можно любое дело провернуть.
— К нам в медслужбу пойдешь. С твоим-то опытом на складе пылиться. — подполковник начал мне рисовать перспективы.
Да, точнее не скажешь, а Вася-то уже Герой Советского Союза…
Нет, я в Герои не рвусь, но всё же…
— Подумай. Сейчас спешу, а, ты меня найди.
Как дома говорили, подполковник Чернов мне свои координаты оставил, хотя сейчас, когда армия КПК наступает, они могут быстро поменяться.
— Ежели чего — найду.
— Думай быстрей, не тяни. Ну, до скорого…
Чернова ждал виллис. Он в него сел и уехал.
Я — на месте остался.
Закурил.
Подумал.
А, может, мне и правда, к летчикам?
Всё равно, ещё и следующий год в Китае гражданская война продлится, а только потом уже Гоминьдан на остров отступит.
Дату победы Мао Цзэдуна я знал ещё из своей прошлой жизни.
Глава 39 Про красную кнопку
— Явился-не запылился! — такими словами встретил меня подполковник Чернов.
Не запылился… Как же. Грязный как черт…
— Я уже думал, что ты куда потерялся.
Скалится, а ещё Герой Советского Союза! Посерьезней таким людям надо себя вести.
— Прибыл в Ваше распоряжение, товарищ подполковник, — отрапортовал я.
В палатке у Василия сидели незнакомые мне офицеры, все в орденах, а кто знает, как в их присутствии себя вести надо?
— Спаситель мой. — кивнул на меня подполковник. — В сорок четвертом я у него в медсанбате был.
Ну, допустим, спасали его другие. Не надо мне чужие заслуги причислять. Я только немного поучаствовал.
— Что долго добирался? — был задан мне очередной вопрос.